— Контроль готов принять твои данные для рассмотрения, — сказала женщина из Метатрона, поднимаясь со своего места. — Лийга Рифат, передайте Контролирующим информацию. Она сформирована?

— Разумеется, — кивнула Лийга. — Я готова.

Следующие четыре часа получились смазанными, невнятными — слишком много народу оказалось вдруг возле них четверых, слишком много вопросов им пытались задать, а сил, чтобы говорить, почти не было. Ари и Вета куда-то исчезли, впрочем, это сейчас принципиального значения не имело. Лийга, сообразив, что Ит и Скрипач долго в таком состоянии не продержатся, отловила какого-то нэгаши из шрика, и потребовала лекарства. К её удивлению, нэгаши отнекиваться или отказываться не стал, ушел куда-то, и вернулся с целым планшетом контроллеров, более чем знакомой Иту и Скрипачу модификации. Нэгаши поблагодарили, отошли в сторонку, контроллеры тут же прицепили на руки, и уже через несколько минут почувствовали себя намного лучше. Предыдущее обезболивающее было слабое, а контроллеры, которые принес нэгаши, шли по высокой шестёрке, и отрабатывали отлично.

— Живём, — удовлетворенно констатировал Скрипач. — Слушай, Лий, побеседуй с ними несколько минут, а мы немного прогуляемся.

— Давайте, — кивнула Лийга. — Я и сама хотела пообщаться, благо, что есть про что, и с кем.

— Ты только не увлекайся, — попросил Ит. — На всякий случай.

— Не буду, — пообещала Лийга. — Идите, а я обратно к народу. Выдам им еще одну порцию интересных подробностей. У меня их слишком много накопилось, очень хочется с кем-то поделиться.

Сейчас они стояли в стороне от подиума, рядом с одной из исполинских колонн, поддерживающих основание центрального купола. Лийга улыбнулась, и отправилась обратно к подиуму, а Ит и Скрипач пошли вдоль стены зала, вглубь, в сторону алтарной части.

— Самое интересное, что идея, которую он создал, в принципе рабочая, — сказал Ит, когда они отошли достаточно далеко. — Но, заметь, отдает она почему-то гнилью.

— Отдает гнилью? — переспросил Скрипач. — Да она смердит так, что глаза режет. Ты, кстати, обратил внимание на сектор, в котором сидели местные? Нет? А я вот обратил. Сто против одного, что после окончания той части проекта, которая открытая, и после того, как мир уйдут в темпоралку, эти красавцы принялись бы делить власть, причем так, что мало не показалось бы никому.

— А, это да, — кивнул Ит. — Это запросто. Кажется, он сильно торопился, когда их выбирал. Видимо, сроки поджимали, ну и вот, такой результат.

— Когда Контроль даст добро на дальнейшую болтовню, говорить будешь ты, или я? — спросил Скрипач.

— Начну я, ты на подхвате, — ответил Ит. — Моя идея, мне и отвечать.

— Ну… да, пожалуй, — кивнул Скрипач. — Есть ещё момент. Мне, думаю, тяжело было бы такое озвучить. Силы воли бы не хватило.

— Совсем не факт, что они согласятся, — вздохнул Ит.

— Расскажи им то, что сказал мне, — усмехнулся Скрипач. — Твоя аналогия про кусты…

— Рыжий, это только предположение, которое пришло мне в голову, пока я слушал, — возразил Ит. — Одна ветка вырастает из одного корня, потом отгнивает, потом на её месте растет следующая… я не любитель центрированных систем, про это я могу сказать, но совсем не факт, что все эти люди согласятся с моим мнением. Он, по сути, хочет закольцевать Стрелка, обозначив для него единственную точку роста, а это, как по мне, ошибка. Стрелок тем и хорош, что он универсален, и способен создавать себя практически в любых условиях, без костылей. Ну, это я сейчас понял, после его речи, до этого ни ты, ни я о подобном не думали.

Про куст — это Ит придумал с полчаса назад, пока они ждали контроллеры, и переговаривались, стоя у колонны. И про закольцованность модели — тоже. Да, проект Ари вполне мог бы стать рабочим, но это не делало его безупречным. И сейчас, если спросят, конечно, об этом можно было бы сказать. Если спросят. Ох уж это проклятое «если».

— Что-то мне не очень хочется, чтобы нас копировали, а результат потом разбирали на запчасти, — тихо сказал Скрипач. — Я вообще не хочу больше никаких воссозданий, понимаешь? Вот сию секунду это понял. Не хочу. Никак.

— Рыжий, я тоже, — ещё тише ответил Ит. — Не всё от нас зависит, но да. Я тоже этого не хочу.

— Скажи им об этом, — попросил Скрипач.

— Постараюсь, — ответил Ит. — Если до этого дойдет, то я постараюсь.

Люди и не люди рассаживались по своим местам, в зале стало тише — потому что в центре свободного пространства, на подиуме, снова стоял Ари. Выглядел он предельно собранным и напряженным, но, точно так же, как и раньше, в нём ощущалась уверенность — и это пугало. Разумеется, он одним из первых узнал ответ Контроля, и, кажется, сейчас собирался этот ответ озвучить. Но… к центру подиума снова уже шла Лийга, и стало понятно, что одним из первых, получивших этот ответ, стал не только Ари. Лийга, против ожиданий, выглядела совершенно спокойно, она встала неподалеку от Ари, и махнула рукой Иту и Скрипачу. Скрипач улыбнулся ей, и кивнул.

Дана, разумеется, обратно, на отведенное ей место, не села, она расположилась рядом с Итом, и, когда Лийга ушла, тихо спросила:

— Ты будешь говорить?

— Видимо, да, — ответил Ит. — Ни Лийга, ни рыжий то, что я скажу, произнести вслух просто не сумеют.

— Ты уже понял, что хочешь…

— Да, — кивнул Ит. — Понял. Si vis pacem, para bellum.

— Что? — не поняла Дана.

— Хочешь мира, готовься к войне, — перевел Ит. — Ещё была поговорка про яму, но пока что воздержусь.