— Чего-нибудь интересное про певицу узнал? — спросил Ит, когда они оказались в полупустом вагоне.

— Из певицы прет трейлерная Бетти, — ответил Скрипач. — Пойдем, присядем, всё расскажу. Значит, так. Побродил я по этому дому…

— В котором она живет?

— Да, в котором одна из её квартир, — кивнул Скрипач. — Пообщался с персоналом. Говорят, девица трехнутая, до одури боится пожаров. Может закатить скандал за сигарету или зажигалку, а вся квартира у неё набита датчиками. Дома не ест, иногда заказывает что-то готовое. Разумеется, не готовит ничего сама, да и вообще, боится огня, как… как огня, прости за тавтологию. Нет, на публике всё нормально, но вот в быту — такая хрень. И эту хрень она скрывает, причем тщательно. Есть клипы, где она курит, или где на заднем плане горят костры. А быту — вот такое.

— Кем ты там бродил? — спросил Ит.

— Кем, кем… проверял системы пожаротушения, — пожал плечами Скрипач. — Пришлось одолжить форму и бумаги у настоящего инспектора. Надеюсь, он хорошо провел время.

— Куда ты его дел?

— Да в ресторан отправил, с котлетой денег, — Скрипач усмехнулся. — Чего я его, обижать буду, что ли? Мало того, я ему потом документы завез, с полной сверкой, и расписаться заставил. Я же не изверг какой. Пьяный он был, правда, но это ничего. Проспится.

— Добрый ты, рыжий, — Ит покачал головой. — Да, что-то такое я и предполагал, про Штерц. Если Дана является смесью Варвары и Киую, то Штерц просто обязана стать смесью Алге и Бетти. Значит, боится огня. Узнать бы, чего еще она может бояться.

— Скорее всего, по фактам, которые мы знаем, — предположил Скрипач. — Про Дану ты что-то узнал?

— Пока не очень много, но да, там то же самое. Кое-что она помнит, — Ит задумался. — Ладно, про смычки подумаем позже. Сейчас важно другое. Система, как ты видишь, работает. Инициация запускается заново. А теперь давай подумаем, чем это для нас чревато. Что интересно — Дана пока что ни словом не обмолвилась о Хромом и Одноруком. Про Штерц мы не знаем, но мне почему-то кажется, что она тоже об этом не помнит.

— Почему ты так решил? — спросил Скрипач.

— Да потому что сигнатура изменилась, — ответил Ит. — Это в той версии у нас, точнее, у Архэ, должны были появиться эти признаки. А в этой их нет. И это меня тревожит.

— Почему?

— Рыжий, ты что вообще? — Ит с упреком посмотрел на Скрипача. — Сам ничего не пил, случайно? Потому что инициаций без проблем не бывает. Боюсь, что-то может появиться, и совершенно непонятно пока, откуда, и что именно.

— Блин, ну да, — кивнул Скрипач. — Чего-то я действительно… ладно, слушай, давай об этом потом, а? Что у нас по стратегии со Штерц получается, в итоге?

— Разбираемся с машиной, и начинаем отрабатывать её контакты, — ответил Ит. — У нее не может не быть кого-то повыше, иначе кто бы её так ловко предупреждал про облавы? Вспомни, сколько раз мы вытаскивали Ари — а ведь она не попалась ни разу. И не засветилась нигде.

— Теперь ты должен сказать, что ты что-то чувствуешь, и что тебе это не нравится, — заметил Скрипач. Ит с досадой поморщился.

— Могу сказать, могу промолчать, это ничего не изменит, — ответил он. — Но чувствую я сейчас кое-что другое на самом деле.

— И что же? — с интересом спросил Скрипач.

— Помнишь, когда мы работали с Бертой, в самом начале… когда только-только начинались все эти темы, у нас была полоса открытий и понимания чего-то огромного и принципиально нового? — спросил Ит. Скрипач кивнул. — Это потом, много позже, темы ушли в рутину, пошла детализация, и началась тоска и скука, а тогда — словно крылья вырастали за спиной. Ощущение, когда ты начинаешь понимать, что у тебя что-то сложилось, ты отошел на шаг, и вдруг увидел не кучу кусочков пазла, а целую картину. И вот сейчас у меня нечто очень похожее. Просто кусочков намного больше, и некоторые приходится отрывать от себя, чтобы эта картина сложилась.

Скрипач задумался, покивал каким-то своим мыслям, а затем спросил:

— Ты не думал случайно, что кусочки от себя отрывать в этот раз должны будем только мы?

— Думал, — кивнул Ит. — А ещё я думаю, что пора тебе и Лийге познакомиться с Даной. Потому что уже очень скоро нам многое придется ей объяснить.

Машину купили без лишних разговоров и торга — вариант оказался идеальным, что-то лучшее за эту сумму они бы вряд ли нашли. Хозяин объяснил, что переезжает из-за работы в другую страну, причем надолго, вести «Жулан» с собой слишком дорого, а ставить машину на пять лет, пусть и в гараже — это убить её, потому что машина должна ездить, а не простаивать. «Жулан» оказался как на заказ: трехдверный, небольшой, с обтекаемой и красивой формой кузова, на отличных дисках, с годовалой резиной; под его капотом прятался отличный трехсотсильный турбированный движок. Видно было, что хозяин вложил в машину немало времени и сил. Зачем вам такая? Скрипач с интересом посмотрел на хозяина. Вы не мальчик вроде бы, а такая машина… Каждый мужчина в душе мальчик, вздохнул тогда в ответ хозяин. Мечта. Всегда мечтал о такой, а проездил всего два года. Мальчики любят красивые и быстрые машины, и от возраста мальчиков это не зависит. Что верно, то верно, согласился Скрипач. Так и есть. Ну, вам-то откуда знать, усмехнулся в ответ хозяин, вы еще слишком молоды, чтобы в этом понимать.

— Всё время забываю про это чёртово геронто, — пожаловался Скрипач, когда они после оформления документов выехали со стоянки. — Я привык выглядеть на сорок с копейками, меня это молодость уже достала.

— Да ладно тебе, — Ит усмехнулся. — Во всяком случае, уж точно лучше, чем старость.

— Это да, — покивал Скрипач. — Слушай, как тебе мысль проверить Люсю по-настоящему? Не каждый день мы покупаем машины по четыре с половиной миллиона, знаешь ли. А ну как что нештатное вылезет?

— Я за, — кивнул Ит. — Только Лийге позвоню. И на трек, договорюсь, чтобы нас пустили. Надеюсь, минут десять они нам дадут.