Теперь мне стал понятен совет Кати провести последние дни с близкими. Но неужели ничего нельзя сделать?

А вообще, если компания получает от новых клиентов огромные деньги, то почему дела у неё идут всё хуже? Новый директор… Что, если эти деньги идут мимо кассы? И сам новый директор участвует во всей этой схеме? Это могло бы многое объяснить!

И не связан ли рост преступности в городе с его новыми, сказочно богатыми жителями? Им ведь не нужно работать. И чем же тогда они здесь занимаются?

— Поднимайся, мы почти приехали, — толкнув меня плечом, сказала Сая.

Выйдя из вагона метро на «Радужной» — одной из двух станций на севере города, — мы направились к служебным помещениям. Нора убедилась, что за нами нет хвоста, и тогда Сая открыла кодовый замок на двери.

Преодолев сеть узких коридоров, мы вышли на пути вдалеке от перрона. Сразу после проехавшего мимо состава.

— Нам туда! — Сая рукой указала направление. — Добегаем до кармана, пропускаем состав. Потом дальше. Не отставай, — проинструктировала она.

Быстрым шагом Сая направилась вглубь тёмного тоннеля. Нора и Марк следовали за ней, а последним шёл я. Переждав очередной промчавшийся к станции состав, мы двинулись дальше.

Минут через десять и ещё два кармана тоннель расширился. Мы увидели в стене массивную железную дверь, по центру которой красовался иероглиф — символ свободных синтетиков, аккуратно выведенный светлой краской.

Подойдя к сканеру, висящему на стене рядом с дверью, Сая показала свой глаз. Тот отсканировал её сетчатку и разблокировал замок.

— Добро пожаловать в наш дом! — сказала она и потянула на себя массивную дверь.

За ней расположился огромный бункер. Возможно, раньше это был какой-то склад. Но сейчас почти всё его пространство занимали двухъярусные койки и широкие столы, вокруг которых толпилось огромное количество синтетиков. Их здесь было не меньше нескольких сотен.

Нора и Марк перекинулись с Саей дежурными фразами и затерялись в толпе. А мы продолжили путь вглубь этого бункера. Из большого зала сперва попали в коридор, а затем вошли в чистую, светлую комнату, скромно обставленную мебелью.

— Подожди меня здесь, — сказала Сая и скрылась в проходе за шторкой из полупрозрачных вертикальных лент.

Усадив Олесю на диванчик, я стал разглядывать интерьер. Это место казалось хорошо обжитым. Здесь было сухо, тепло. Система вентиляции исправно обновляла воздух. Не хватало лишь окон. Но я чувствовал себя здесь в безопасности.

Через несколько минут вернулась Сая. На её лице я разглядел улыбку. Девушка-синтетик, несомненно, чему-то радовалась. Следом за Саей из-за шторки вышел андроид. Он был похож на человека, но выглядел, больше как робот: голова без волос, никакой одежды и бледно-серая оболочка вместо кожи.

— Знакомься, это Взломщик, — представила мне это создание Сая.

Андроид подошёл ближе и протянул свою кибернетическую ладонь.

— Роман, — назвал я своё имя и пожал ладонь Взломщика.

— Сая рассказала мне о тебе и твоей проблеме, — заговорил робот ощутимо синтетическим голосом и посмотрел на Олесю. — Меня зовут Взломщик.

— Это имя такое? — удивился я.

— У меня нет имени. И я в теле синтетика первого поколения.

— Но как ты?..

— Это долгая история. Когда-то я был человеком и одним из главных разработчиков Полиса. Но из-за проблем со здоровьем решил поселиться здесь.

— Понятно, — сказал я. — Но почему в этом теле?

— Особенности устройства Мегаполиса. Благодаря этому телу я нахожусь вне системы. А перезагрузка не способна стереть мою память. Только так я могу оставаться собой. К слову, о скорой перезагрузке… — продолжал говорить андроид. — Полис намного старше, чем ты думаешь. Здесь всё подчинено циклам. Вероятно, ты считаешь, что это твоя жизнь, что, покинув реальный мир, ты сразу попал сюда и с тех пор живёшь здесь. Но ты даже не подозреваешь, в который раз это происходит с тобой. Циклы, они завершаются и начинаются заново. Такова природа этого мира.

— И что это значит? Что всё предопределено?

— Нет, — ответил андроид. — Это значит, что однажды всё неизбежно закончится, чтобы начаться вновь с чистого листа.

Ну, что-то такое Сая мне уже говорила, пока мы ехали в метро. И если честно, то звучит это не слишком вдохновляюще. Жить, зная, что однажды умрёшь, забыв обо всём, что с тобой было? Такое себе.

— Я предпочитаю не иметь дел с людьми, — снова сказал Взломщик. — Но Сая считает, что тебе можно доверять. Я могу тебе помочь. Но взамен ты поможешь мне.