Я снова посмотрела на него, испытывая раздражающе зудящее чувство ускользающего понимания.

– Простите, но… – не выдержала я. – Мы с вами раньше не встречались?

– Вряд ли, я бы обязательно вас запомнил, – заявил мужчина. – Возможно, вы знакомы с моим сыном. Он еще только начинает свой творческий путь и иногда торгует на рынке в паре кварталов отсюда.

Ах вот оно что! Я едва удержалась, чтобы не коснуться пальцами запястья!

– А может я вас с кем-то спутала… – задумчиво протянула я.

– Не исключено, – кивнул продавец.

На том и разошлись.

Я вышла из лавки в обнимку с подушкой и только на улице поняла, что у меня в руках предмет по стоимости сопоставимый с суммой отличной стипендии одного студента за все время обучения.

– Если завтра утром в кровати обнаружится мой хладный труп, я буду являться тебе ежедневно в кошмарах, – заявила я, выразительно посмотрев на дракона.

– Хорошо, – легко согласился дракон. – Но если завтра утром ты обнаружишь на этой подушечке каввору, будешь мне должна.

Я фыркнула:

– С чего бы ей там оказаться?

– Кавворы тонко чувствую магию. И это делает их уникальными и очень уязвимыми. Если не найти места, где можно отдыхать от внешних раздражителей, зверьки быстро угасают.

– Но это подушечка от кошмаров, – не поняла я.

– Внутри они набита листьями сноуса для спокойного сна, – кивнула парень. – Но снаружи миниатюра платка, что тебе приглянулась.

Я критически осмотрела подушку, покрутив ее в руках, и сунула дракону под нос. Тот сморщился и отстранился.

– Работает, – удивленно констатировала я.

– Ну еще бы, – отозвался Драгблад, правда не слишком довольным тоном.

– Возвращаемся? – предложила я.

Парень кинул на меня какой-то странный взгляд.

– Ты первая девушка на моей памяти, которая не стремиться продефилировать в компании дракона на глазах у как можно большего количества публики.

– Это говорит о том, что у меня все нормально с инстинктом самосохранения, – заметила я.

– Хммм… – многозначительно изрек дракон.

Я же не стала дожидаться, когда его чешуйчатость соизволит направить свои стопы к академии, и зашагала сама. У меня там еще конспекты недопереписаны, и домашние задания не сделаны, и этот кошмарный бал не организован…

Тяжело вздохнув и обняв подушку я все ускоряла шаг, чувствуя, как объем работы все растет и растет, угрожая погрести меня под собой в тот момент, когда я уже почти что выпорхнула из академии.

И погруженная в свои мысли я и не заметила, что человек, идущий следом, не Драгблад.

– Эй, недотрога, куда торопишься?

Демиан

Шарлотта манила.

И это заставляло задуматься о многих вещах. Например, зачем девчонке платки, которые традиционно носили избранницы драконов, для сокрытия своих меток от посторонних глаз. Или почему продавец элитно лавки, в которой однозначно никогда не бывала сирота, казался ей знакомым.

Но чтобы задавать личные вопросы, нужно было войти в личную зону, а мы все еще оставались на почтительном расстоянии. И между нами располагалась социальная пропасть, расовые различия, а также странное нежелание девушки искать от меня выгоду.

Последнее, впрочем, импонировало.

Я смотрел, как Шарлотта решительно шагает от меня прочь, и размышлял, стоит ли ее нагонять? Может, стоит дать девчонке шанс почувствовать, что она от меня избавилась?

Дракон внутри заурчал, предвкушая охоту. Отпускаешь добычу, нагоняешь добычу, даешь шанс удрать и снова ловишь… Я живо представил, как зеленые глаза сердито щурятся и пухлые губки приоткрыты от негодования.

Вечерний ветер донес запах цветочной лавки, и в голове появилась дурная идея. Едва ли сироту баловали букетами, а мне отчаянно хотелось ее побаловать. И подразнить. И услышать «Ты был прав, Демиан, представляешь, каввора оказалась утром в моей комнате».

Цветы выбирались удивительно легко. Я не представлял, что бы могла любить Шарлотта, но золотые розы беспроигрышный вариант. Сразу понятно, что это драконий букет, а не просто какой-то там веник от скучного поклонника.

Я не торопясь шел по улице, где еще недавно прошлась староста, и был даже рад, что у нее в руках была магическая вещица. Запах девушки почти не улавливался, я скорее угадывал, чем чувствовал, как она шагала здесь каких-то полчаса назад. И это было довольно увлекательно, азартно. Вот тут она споткнулась, здесь засмотрелась на витрину, тут крутанулась на каблуках, пошла быстрее… быстрее… быстрее…