— Да, и в чём же тогда? — вскинул кустистые брови Дой.

В желании услышать ответ он даже наклонился вперёд, выказав тем самым явную заинтересованность в словах второго наставника.

— Пойдём, мне надо кое-что тебе показать.

Сказав эти слова, Чой встал из-за круглого деревянного стола, поставил пиалу с остатками чай на красную лакированную поверхность и, поправив халат, направился к ближайшему окну.

Заинтригованный его словами Дой последовал примеру брата.

К нужному окну они подходили вместе. Вот только в отличие от брата Дой не знал, на что смотреть, а потому не сразу увидел то, что ему хотели показать — потребовалась небольшая подсказка.

— Взгляни туда, — указал Чой на противоположный конец тренировочной площадке.

Там в полном одиночестве сидел крепкий…очень крепкий юноша в бело-голубом халате. Это был не кто иной, как Су Чень.

— Да братец я понял, он и впрямь стал усердней. Но как это связано с тем, о чём ты говорил минутой ранее? Я думал, ты покажешь мне нечто необычное…

— Брат я давно говорил, тебе стоит научиться не только смотреть, но и видеть, — по-доброму улыбнулся старик Чой. — Взгляни немного ниже. Не на самого Су Ченя, а на то, что скрывается ПОД ним.

Заинтригованный Дой внял его совету. Он подслеповато сощурился, а после,как и было велено, посмотрел не на самого Су Ченя, а на то, что скрывалось под ним.

— Трещины…Почему на тренировочной площадке трещины? — сказав эти слова, Дой с недоумением перевёл взгляд на хитро улыбающегося брата.

— Это результат освоения цингуна.

— Не понимаю, — замотал седой головой второй наставник.

— Его ци, она слишком «тяжёлая», — снова по-доброму улыбнулся Чой.

— Тогда ему следует черпать жизненную силу не из недр даньтяня, а брать излишки с его поверхности.

— Ты не понял, брат. Это и есть излишки.

Ненадолго повисла тишина. Правда, вскоре она была развеяна возбуждённым криком одного из наставников.

— Так вот почему он не мог управлять собственной ци! — наконец прозрел наставник Дой.

— Верно, — покивал Чой.

— Брат, но разве такое возможно? Жизненная сила всегда была отражением нашего естества. Разве ци не вкусившего в полной мере всех тягот этого мира может быть столь тяжёлой?

— На этот вопрос у меня нет ответа, — чуть более грустно улыбнулся Чой, он снова обернулся к окну и взглянул на сидящего в позе лотоса ученика. — Возможно, до того, как «потерять память» этот юноша и впрямь пережил нечто ужасное. А может, вся его жизнь до этого была полна непреодолимых трудностей? Кто знает? На этот вопрос мы сможем получить ответ лишь тогда, когда он сам захочет об этом рассказать. В любом случае за всю историю Мудан у нас ещё не было столь необычного ученика. Все его естество противоречит учению нашей секты. Возвышаясь духом, мы стараемся сделать нашу ци настолько лёгкой, насколько это возможно, он же по какой-то неведомой мне причине лишь с каждым днём её утяжеляет.

— И ты видишь в этом опасность для нашей секты… — закончил за него брат.

— Нет, я вижу в этом надежду, — с мягкой улыбкой поправил его Чой, а после снова посмотрел в окно. — Да. Я очень чётко её вижу.

— Не понимаю.

— Потому что ты смотришь глазами, а я сердцем.

Да что не так с этим цингуном?! Ну и что, что моя ци тяжелее, чем у других — что мне теперь, из-за этого не парить в облаках? Ладно, Мурим с ними, с этими облаками. Не так уж мне и хотелось среди них парить. Мне всего-то и надо было, что освоить мягкую посадку и перестать, наконец, регулярно отбивать свой драгоценный зад.

Достиг ли я, чего хотел? Ну, конечно же, нет! Прошло вот уже два дня с начала освоения цингуна, а воз и ныне там. Всё, чего я добился — это свежие трещины на тренировочной площадке…

Однако, не время горевать. Я ещё не сдался! Не знаю, когда и как, но я обязательно освою цингун. Вон становую тягу же как-то осилил, значит, и с этой их Облачной лестницей как-нибудь разберусь. Надо лишь хорошенько постараться…

Ну а перед этим, не помешало бы понять, что здесь, чёрт возьми, происходит? — я с удивлением наблюдал за тем, как меня окружают другие ученики.

Вскоре они обступили сидящего меня со всех сторон и два десятка лысых голов затмили собой солнце.

— Брат Су чень, мы бы хотели поговорить с тобой об…

— Иисусе?

— А это кто? — захлопал глазками толстячок Минг.

— Неважно. Так чего припёрлись?

— Брат Су Чень мы видим твою проблему и хотели бы предложить тебе решение.

Да? А вот это уже звучит неплохо! Дельный совет мне сейчас и впрямь не помешает, а то часами просиживать зад на свежем воздухе уже достало.

— Что за решение?

— Чудодейственные тренировки!

— Звучит…не очень.

— Ты просто ещё не познал их величия. Благодаря им мы с братьями стали намного лучше чувствовать свой тандэн и быстрее осваивать цингун!

— Правда? — с надеждой спросил я.

Хоть в силу жизненного опыта я давно перестал верить всему с приставкой «чудодейственный», но судя по горящим глазам этой малышни в этих их тренировках и впрямь что-то есть.

— Скажу тебе по секрету, — заговорщицким тоном прошептал Минг. — Эти тайные знания нам передали старшие братья, а им сам Ян Гэ, ученик Первого столпа, восходящая звезда нашей секты. Ты наверняка о нём слышал.