С аккаунта Вадима можно выставить пост в группе.

Меня резко затошнило. Я поперхнулась, старая сдержаться. Повернулась проверить, не проснулся ли он. Нет. Спит. Я еще раз перешла на вкладку с диалогами. Третьим сверху в списке был диалог с Катей. Последнее сообщение от нее: “Спасибо”. Я открыла чат.

Катя сама прислала фотографии с Филом Вадиму с просьбой выставить их в группе и текстом, который я уже читала в том самом посте. Она также написала, что им уже “сто лет”. Вадим даже не стал задавать ей вопрос, а просто ответил “О”кей”. О”кей, черт возьми!

Меня затрясло. Я начала осознавать весь масштаб ошибки, которую я совершила. Вадим, чертов урод, все это время вел “Сплетник”. Выставлял посты про меня и Лизу. А раз он – администратор, то он знал и сам выставлял меня в плохом свете, когда Кир прислал те фальшивые скриншоты переписок. Он знал, что фотографии Кати разрушат мои отношения. Он все это время был мне не другом. Он самый настоящий враг. И не только мне. Всем.

Я подорвалась и быстро оделась. Даже не старалась вести себя тихо. Я хотела, чтобы он проснулся и не понимал, что происходит. Выходя из его комнаты, я случайно опрокинула стакан, стоявший на краю столика. Тот со звоном разбился о пол. Вадим подскочил.

– В чем дело? – он потер глаза кулаками и вылез из постели. – Ты куда?

Я не отвечала. Старалась как можно быстрее убраться из этой квартиры. Когда я уже стояла около входной двери и завязывала кеды, он внезапно возник рядом.

– Ев, что случилось? – он потянул ко мне руку.

– Если ты хоть одному человеку скажешь, что произошло между нами и не удалишь эту проклятую группу сегодня же, я расскажу всей школе, что ты ее создатель. – прошипела я сквозь зубы и захлопнула дверь прямо перед его лицом.

Вот так, расставшись с достоинством, я вдобавок лишилась последнего друга. Какая ирония.

Ноги несли меня к дому сами. День только начался, а я уже разрушила его. Какой хрупкой может оказаться дружба? А любовь? За последние пару дней я разрушила все хорошее, что было в моей жизни. Фил не предатель. Лиза тоже. Только я совершила ошибку, от которой теперь не отделаться. Не скрыться. Хотелось бы повернуть время вспять, но это невозможно.

Отца дома не было. Он еще вчера уехал на дачу к Валерии. К любовнице. Я открыла дверь. Квартира встретила меня холодным молчанием. В горле встал ком. Меня все еще мутило от вчерашней порции алкоголя и открывшейся правды, поэтому я сразу прошла в ванную комнату. Скинула одежду прямо на пол и включила воду. Заткнула слив, чтобы ванна заполнялась теплой водой. Хотелось смыть с себя все, что произошло.

Трясущимися руками я взяла телефон. Быстро отыскала контакт единственного человека, которого сейчас хотела видеть рядом. Который бы меня понял. Пару секунд еще смотрела на открытый диалог и сомневалась, нужно ли писать. Нужно.

Ева: “Лиз, это Вадим.”

Коротко. Четко. Ответ, несмотря на ранее время, поступил сразу:

Лизончик: “?”

Ева: “Вадим ведет “Сплетник”.

Звонок раздался ровно через две секунды. Абонент под именем “Лизончик”. Я взяла трубку.

– Откуда ты знаешь? – очень тихо произнесла она.

– Увидела в его компьютере.

Тишина повисла на другому проводе. Лишь иногда его нарушали помехи сети.

– Я не спала с ним. – после долгой паузы произнесла она.

– Знаю. Он сказал мне.

– Можно я приду к тебе?

***

Через полчаса Лиза уже стояла на моем пороге. Она тяжело дышала. Видно, что бежала. Я встала в ступоре и не знала, что ей сказать. Мои волосы еще были влажными, а вода с ним мерзко стекала мочила футболку в районе плеч. Странно видеть ее здесь спустя полгода, как мы перестали общаться.

– Ева, прости меня, – она первая подала голос. – Прости, пожалуйста, – по ее лицу потекли слезы, – Я не знаю, зачем сказала это. Мне просто стало так больно от мысли, что ты могла предать меня. Я знаю, что ты этого не делала. Прости меня.

Я ступила за порог и обняла ее.

– Все в порядке. Я не злюсь.

Я крепко прижала ее к себе, показывая, что я не злюсь. Дружба с Лизой спасала меня во многие моменты жизни и сейчас мы обе нуждались в друг друге.

По сравнению с тем, что сделала я, поступок Лизы казался мелочью. Он казался мелочью даже по сравнению с тем, что Вадим ведет “Сплетник”. Я ненавидела себя. Ненавидела тот момент, когда потеряла контроль. И ненавидела его. Вадим видел, в каком я состоянии. Это он позволил жить слухам, чтобы поссорить нас. Знал, что Фил не изменял мне. Зато изменила я. Вы, наверное, решили, что Вадим – главный злодей в этой истории? Нет. Это я. И мне теперь с этим жить.

19 мая 2015 года

Жизнь – это не мелодрама, где остальные только играют роли. Здесь нельзя перемотать назад или переснять непонравившуюся сцену. Если ты что-то делаешь – это уже не исправить. Я смотрела на оранжевый фантик из-под конфеты, приколотый к пробковой доске прямо над моим столом. От той самой конфеты, которую мне дал Фил, когда я в очередной раз подверглась нападкам со стороны “Сплетника”. Со стороны Вадима. Рука сама потянулась к бумажке. Я аккуратно убрала булавку с красной шляпкой. Фантик захрустел между моими пальцами. Если я разорву его и выкину, все будет кончено. Все и так будет кончено. Я свернула его в аккуратный прямоугольник и положила под чехол от телефона. Пусть хотя бы что-то хорошее будет рядом в тот момент, когда я все разрушу.