Я постучал костяшками пальцев по стеклянной двери.

— Можно?

Сидящий в своём кресле Роман был мрачнее тучи. Повернув голову в мою сторону, он махнул рукой.

— Заходи. Я так понимаю, у тебя есть вопросы?

— Насколько всё серьёзно? — не стал расшаркиваться и ходить вокруг да около.

Услышав мой вопрос, Роман вздохнул, откинулся в кресле и посмотрел в потолок.

— Насколько всё серьёзно? Ну, Александр, я даже не знаю. Возьми двойку и прибавь к ней девять нулей.

Ладно. Удивил.

— Вкусно. Должно быть, наш кусок от этого пирога тоже был значительным.

— Был бы. Ненавижу произносить такие фразы в прошедшем времени. — Лазарев скривился так, словно целиком съел лимон. — Теперь либо мы каким-то образом сможем всё исправить и довести сделку до конца, либо Румянцев нас сожрёт.

— То есть, — сделал я вывод, — всё очень серьёзно.

— Ага. Примерно на пятьсот миллионов штрафа, — произнёс Роман.

Охренеть. Полмиллиарда. Тут у меня даже слов не нашлось. Да даже в моём прошлом мире это были бы огромные деньги, а тут и подавно.

— Как? — только и смог спросить. — Как такое вообще могло произойти?

— Хотел бы я тебе сказать, но просто не знаю, — развёл он руками. — Эта сделка уже была у нас в кармане, но… сам видишь.

— Я правильно понимаю, что таких денег у фирмы нет.

— Да даже если бы и были, это нас бы не спасло, — отмахнулся он. — Румянцеву будет плевать на них. Для него это всё равно, что за шавермой сходить…

Увидев выражение на моём лице, он закатил глаза и всё же сподобился объяснить.

— Ладно. Не настолько, но всё равно всё плохо. Поверь, если бы дело было только в деньгах, то, возможно, мы смогли бы откупиться и как-то договориться. Проблема не в этом.

— Дай угадаю. Какие-нибудь заморочки из-за раздутого эго, гордости, аристократический чести…

— Знаешь, — вдруг сказал он. — Пожалуй, общение с Анастасией положительно на тебя влияет.

— Вот давай только, пожалуйста, не будем упоминать твою сестру, — стараясь говорить максимально вежливо, попросил его. — Ты прекрасно понял, о чём именно я говорю.

— Тогда мне даже отвечать на твой вопрос не нужно, — фыркнул Лазарев, вставая со своего кресла и направляясь к бару. — Видишь ли, Его Высочество Великий князь — очень и очень мстительный человек.

Подойдя к нему, он налил себе что-то янтарно-золотистое, на один палец примерно, и опрокинул бокал в себя.

— Суть в том, Александр, что если мы не можем это исправить, то Румянцев сожрёт нас и всех, кто имеет хоть какое-то к нашей компании. И дай бог, если только на этом он и остановится.

Мда-а-а… такого я не ожидал.

Описывать, что именно началось после того «совещания», даже пытаться не буду. Лучше всего для определения случившегося подошло бы словосочетание «полный и беспросветный хаос».

Лазарев-старший не врал, когда говорил, что докопается до правды. Даже не преувеличивал. Он явно вознамерился найти виновного. Служба безопасности начала с полного аудита всех электронных коммуникаций. Корпоративная почта. История передачи файлов. Логи доступа к документам… чёрт, да у нас даже содержимое измельчителя для бумаг забрали. Вот серьёзно! Пришёл шкаф в костюме с бейджиком СБ и чёрным пакетом и забрал всё, что в нём было.

Не удивлюсь, если сейчас кто-то роется в мусорных баках, куда скидывали отходы, в поисках зацепок и подсказок.

Не сомневаюсь, что это только начало. Сейчас, скорее всего, ещё и проверяют все камеры безопасности. Теперь начнётся такая охота на ведьм, что, наверное, скоро по коридорам пойдут толпы с вилами и горящими факелами. Нам ещё повезло. Наш отдел совсем мелкий, да и важным его никогда и никто не считал. В крупных до сих пор вой стоял.

— Поверить не могу, что кто-то мог это сделать, — покачала головой Марина.

Мы сидели у себя в отделе и думали, чем заняться дальше. Хотя бы по той причине, что ввиду начавшихся мероприятий наша работа оказалась чуть ли не парализована.

— Очень даже зря, — хмыкнул Анастасия, сидя в кресле и подправляя пилочкой один из ногтей на левой руке. Они и без того выглядели идеальными, но кто я такой, чтобы оценивать, ведь так? — Не стоит быть наивной. Такие сделки связаны с чудовищными деньгами и…

— Это ты ещё, пожалуй, преуменьшила, — немного не подумав, сказал я, глядя на потолок.