– У них просто выбора не было, – небрежно бросил капитан. – Или мы или альмагель. Они выбрали нас.

– В смысле? – не понял Тукан. – Зачем им было выбирать вас?

– Тогда бы мы уничтожили весь альмагель и Усгул бы остался ни с чем, – пояснил капитан. – А так у него и альмагель есть и мы живы-здоровы. Взаимовыгодное сотрудничество, так сказать.

Тукан восхищённо потряс головой, но сказать ничего не нашёлся. Он просто поверить не мог, что такое возможно.

– Ладно, – выдохнул он после минутного замешательства. – Мне это дело надо переварить. Разложить всё по полочкам. Стар я стал для таких новостей. Ты меня удивил, – признался он. – Я представлял всё совсем иначе. Кстати, – вспомнил Тукан. – Нимерийцы дальше всех продвинулись в вопросе бессмертия. У них там некоторые особи по тысячу лет живут. И больше. Но, – вздохнул он, – смерть приходит откуда не ждёшь. Это ещё один повод уничтожить их и пунерианцы своего добьются. Ходят слухи, что они создают какое-то сверхмощное оружие для космоса. На земле им и так почти равных нет, – пояснил Тукан. – А если и в космосе превосходство возьмут, то нимерийцам тяжко будет. Они за счёт космоса только и держатся. Вояки они слабые. Торгаши. Что с них взять.

– Пунерианцы тоже, – неуважительно поморщился капитан. – Я бы не сказал, что они воевать умеют. Так себе.

– Не скажи, – бойко возразил Тукан. – За последние лет триста или даже пятьсот, если не считать Арура, они не больше тысячи солдат в битвах потеряли. Это очень хороший показатель. Виртуальные битвы, конечно, расхолаживают, но они быстро восстановятся. Вот увидишь.

– Может быть, – равнодушно бросил капитан. Он не думал, что эти потери хоть как-то могут огорчить пунерианцев. Для них это естественный ход жизни. Меньше дармоедов кормить придётся.

– А что ты там сказал про бессмертие? – полюбопытствовал он.

Эта тема была гораздо интереснее.

– Правитель Нимерии, император Исбелиус, уже восемьсот лет председательствует в совете. Так что это не миф, – подчеркнул Тукан.

– Император? – удивился капитан. – У них до сих пор короли правят?

– Это скорее почётный титул, – пояснил Тукан. – По факту правит совет. Но в случае войны вся власть передаётся императору. В этом случае он будет решать все вопросы единолично.

– Ну, так понятно, – вздохнул капитан. – Император же. Простому смертному бессмертие не дано.

– Там не только император, но и вся элита бессмертные. Точнее – совет, – поправился Тукан. – За остальных точно не знаю.

– И в чём фишка этого бессмертия? Если это не секрет, конечно.

– Они и не скрывают, – ответил Тукан. – Назвать жизнью это конечно сложно, но ради бессмертия на что только не пойдёшь. Они использовали старый метод копирования разума в нейросеть, но сумели вдохнуть в него сознание.

– Ха, – невольно усмехнулся капитан. – У них ещё и роботы всем заправляют.

– Это не то, что ты думаешь, – возразил Тукан, – но определённый смысл в этом есть, конечно. Телесная оболочка искусственная. Зато никаких проблем с внедрением в другое тело. И похоже, всем всё нравится. С годами совет становится только мудрее и уже не совершает таких ошибок, как если бы правили настоящие нимерийцы.

– Мудрее, – с сарказмом протянул капитан. – Прогрессировать может только глупость и жадность. Пробившийся к власти человек с низов быстро забывает о своих невзгодах и ещё быстрее о проблемах других. Я допускаю, что могут быть исключения, но это один на миллион. Так что если твой совет и становится мудрее, то это, скорее всего, могут быть только роботы. И не надо им приписывать человеческие черты. Ты сам подумай. Мудрость это всего лишь некий багаж опыта позволяющий сделать наиболее оптимальный выбор. Став правителем, человек перестаёт приобретать его, поскольку отрывается от жизни и начинает всецело полагаться на советников, которые ловко манипулируют им. Я где-то читал, что некоторые цари время от времени жили в «шкуре» бедняков, чтобы понять чаяния народа. Вот тут я согласен. Получая новый опыт, они становились мудрее. А других вариантов просто нет.

– Важна глобальная политика общества, а не конкретный человек, – не согласился Тукан. – У них всё есть. Даже бессмертие. Чего им ещё надо? Самое время подумать о народе.

Капитан невольно усмехнулся, понимая всю абсурдность своих мыслей, но всё же сказал:

– Ещё больше. И того и другого. Это своего рода болезнь и бессмертием её не вылечишь.

– По-твоему, все правители глупы? – раздражённо бросил Тукан.

– Глупость – понятие относительное, поскольку определяется количеством жизненного опыта, – нравоучительно заметил капитан. – Чем меньше этого опыта, тем больше человек совершает глупостей. В случае с правителями её вообще можно оценить только с точки зрения мировой истории. Конечным этапом правления, так сказать. И не всегда это можно назвать глупостью, хотя на самом деле она таковой и является. Достижение конкретной цели может быть достигнуто разными способами и здесь всё определяется нравственными устоями конкретного индивидуума. Кто-то шагает по трупам своих соплеменников, чтобы достичь своей конечной цели, а кто-то выбирает более рациональный путь. Но в конечном итоге все они стремятся остаться в памяти народной навсегда. Одного бессмертия им недостаточно. Нужна ещё и бессмертная слава о них. Но это тоже палка о двух концах. Любое самодержавие может быть повержено, – улыбнулся капитан. – И память о нём будет стёрта. Поэтому этот цикл становления бесконечный. Но лучше оставим эту тему, – предложил он. – Королями нам не быть и лучше думать о своих проблемах.

– Давай оставим, – согласился Тукан. – Хотя я бы, конечно, поспорил. Некоторые правители всё-таки думают о своём народе и вряд ли думают о бессмертии своих деяний.

– Это делается неосознанно. Как инстинкт продолжения рода. Мало кто задумывается, зачем он вообще это делает. Так надо и всё.

– Ты конечно, знал, зачем ты это сделал, – съязвил Тукан.

– Вовсе нет, – простодушно признался капитан. – Я поступил так же как и все. Понимание приходит гораздо позже. И то не совсем. Вот сейчас, когда я так далеко от родных, я начинаю понимать насколько они мне по-настоящему дороги. Будь я рядом с ними, этого понимания бы не произошло. Да, я любил их. Переживал. Но не так, как это происходит сейчас. Можно сказать, с удвоенной силой, – улыбнулся он. – Даже больше. Порой выть хочется от тоски. А ведь дома я мог месяцами их не видеть. И ничего!

– Просто ты знал, что всегда можешь увидеть их, – улыбнулся Тукан. – Вот и не переживал.

– Но это всё равно не определяет стремление к продолжению рода, – продолжил свою мысль капитан. – Мы же не рожаем детей, чтобы просто любить их. Нам нужно нечто большее. И в общем-то, следуем корыстным интересам. Чтобы на старость лет было кому кусок хлеба подать.

– Да, – вздохнул Тукан. – Я бы тоже хотел, чтобы это был близкий мне человек. Но уже не судьба видно. Слишком они далеки от меня. За них теперь будут роботы подавать, – горько улыбнулся он.