— А что нам ещё остаётся? — Игнат поднялся на ноги. — Пойдёмте, ваше сиятельство, посмотрим, что за твари здесь бродят. А с котом этим я Ваньку оставлю. Если что, он меня позовёт, раз уж кот никого, кроме меня, к себе не подпускает.

Они ушли, а кот остался лежать на мягкой и тёплой лежанке. Вскоре в эту комнату, где он лежал, зашёл ещё один человек. Близко к нему человек не подходил, и кот закрыл глаза. Игнат был прав, он был очень слаб и сам не верил в то, что выживет. Но хоть последние часы проведёт в тепле.

Возле его морды стояли миски с едой и водой, но кот к ним не притрагивался. Он лежал неподвижно, и молодой егерь всё больше и больше хмурился, глядя, как умирает тотемное животное его клана. У него кулака сжимались от невозможности хоть как-то помочь. Впервые егерь ощутил себя настолько беспомощным.

Дверь приоткрылась и в комнату проскользнула Фыра. Кот почуял запах той молодой кошки, которую он пытался защитить и приподнял голову. Кошка подошла к нему, обнюхала, а потом что-то выплюнула прямо перед его пастью. Запах коту не понравился. Так пахли те твари, из-за которых он умирает. Он попробовал отодвинуться, но тут кошка весьма настойчиво подтолкнула предмет ему. Кот оскалился, но настырная кошка чуть ли не лапой помогала, заставляя его взять эту штуку в рот.

— Что там у тебя? — всё ещё хмурый Ванька поднялся со стула и подошёл поближе. От неожиданности кот сжал челюсти, и предмет во рту хрустнул. — Ах ты ж… — Ванька всплеснул руками и бросился из комнаты, чтобы привести сюда Игната.

Командир егерской сотни нашёлся в компании молодого графа и его жены. Они проводили вскрытие твари, пытаясь определить все максимально уязвимые места.

— Игнат, тебе лучше это видеть, — переводя дыхание, сказал Ванька, останавливаясь в дверях сарая, который им выделили для экспериментов и временного склада. — Фыра решила не оставлять судьбу своего приятеля в наших руках.

— И что она сделала? — Женя поднял слегка расфокусированный взгляд на Ваньку.

— Это лучше видеть, — и егерь скрылся за дверью, спеша вернуться на свой пост.

— Игнат, проверь, — Евгений кивнул на дверь и вернулся к прерванному занятию, тем более что Маша только что обнаружила нечто очень странное, но объясняющее в общих чертах кое-какие особенности этих тварей.

Командир быстро стянул с рук защитные перчатки, кожаный фартук и поспешил за своим подчинённым.

Когда он вбежал в комнату, в которой оставил раненого кота, то увидел, что тот сумел подняться. Лапы тряслись, и долго он устоять на них не сможет, но тем не менее кот стоял и тщательно пережёвывал… макр?! И ладно бы Фыра решила скормить ему макр, раз они, идиоты, сами не догадались, вот только…

Игнат схватил куртку, брошенную в кресло, и ощупал карманы. Наткнувшись на весьма аккуратные следы зубов, он бросил куртку на пол.

— Ах ты…

— Фыра, сидевшая рядом с котом и внимательно наблюдавшая за ним, подняла взгляд на возмущённого Игната. — Умница, мать твою! — рявкнул егерь. — Фырочка, ты молодец, что догадалась скормить своему приятелю макр, но зачем ты взяла именно этот? Мы же ещё его не исследовали, — и он опустился на стул, обхватив голову руками. Посидев так с минуту, егерь встал и подошёл к настороженно смотрящему на него коту. — Ну что, передумал помирать? — он опустился на одно колено и ощупал поджарое тело. Кот несколько раз дёрнулся, когда он задевал его раны, но в целом позволял Игнату себя трогать и даже в этот раз не рычал и не скалился. — Ладно, отдыхай. Ванька! Принеси ему мяса и ещё беличьего бульона. А я пошёл его сиятельству сдаваться.

Лев Иванович Пумов зашёл в комнату Мамбова и остановился в дверном проёме, глядя на Олега. Сам Мамбов в это время сидел в кресле с блокнотом в руках и хмурился, внимательно изучая полученные данные.

— У меня не сходится, — наконец произнёс он, отрывая взгляд от своих записей и поднимая глаза на полковника. — Просто не сходится и всё тут.

— Никак не можешь вычислить того, кто может быть причастен к запуску этих тварей в зону, где прорывы так же редки, как торнадо над Москвой? — уточнил Пумов.

— Не могу, — Мамбов задумчиво потёр переносицу. — Но тут, скорее всего, Зябликов чего-то не договаривает. Одно понятно, портал открыли намеренно. Нашли единственное достаточно тонкое место и сделали прокол, — он встал и бросил блокнот на стол. — А ещё примерно на семьдесят процентов эти зверушки, отказывающиеся дохнуть в реальном мире, стали большим сюрпризом для тех, кто открыл портал.

— И из этого следует… — Пумов нахмурился.

— Что это мог сделать кто угодно, включая нашу милую хозяйку, — жёстко закончил за него Мамбов. — Потому что если этот затейник не успел уйти, то остался, как и все остальные, в осаде.

— В этих тварях что-то не так, — кивнул Пумов нахмурившись. Ему не хотелось думать, что Лидия Дмитриевна могла быть причастна к творящимся делам. — Я никак не могу понять, что.

— Неужели ты не заметил? — Мамбов удивлённо посмотрел на него. — Когда вы бежали к поместью, Женя, не раздумывая, какое-то убойное пламя применил, хотя всегда был осторожен. Магия часто неизбирательная, ей всё равно, кого убивать.

— Пламя почти не принесло вреда этой гадине, — медленно проговорил Пумов. — Даже не сильно её затормозило.