— Нет, конечно, нет. Хотя твои навыки складывания впечатляют. Мои ящики и вполовину не такие аккуратные, как твои.

— Эмма, — рявкнул я. — Какого хрена ты была в моей комнате?

— Я хотела узнать больше о тебе и твоей жизни, например, об искусстве или фотографиях. Какие цвета тебе нравятся, какой зубной пастой ты пользуешься. Я буквально ничего о тебе не знаю.

— Ты знаешь достаточно. — Я направился к кровати. — Ты знаешь, что я никогда не хотел быть доном, я раньше занимался боксом, и мне нужно, чтобы моя жена забеременела в течение следующих трех месяцев. Больше тебе ничего не нужно знать.

Она крепче сжала одеяло при моем приближении, ее пальцы побелели.

— Это не может быть правдой. Я нашла эту фотографию. Тебя и той девушки. Кто она?

Мои мышцы напряглись, страх глубоко проник в мои кости. Эмма могла рассказать об этой фотографии одному из своих зятьев, о моей сестре, и моя жизнь уже никогда не будет прежней. Достаточно было того, что Вирга знал о Вивиане. Я не мог позволить Эмме узнать о существовании моей сестры. — Тебе не нужно беспокоиться о ней. Она тебя не касается.

— Она твоя кузина?

Да пошло оно все к черту. Мы не об этом говорили.

Я наклонился, схватил одеяло в один кулак и с силой потянул его. Ткань выскользнула из рук Эммы и упала на пол. Ее маленькое тело было открыто, прикрытое синим пижамным комплектом. Хлопковые шорты подчеркивали ее подтянутые ноги, а свободный верх намекал на ее грудь. Обычно мне нравилось соблазнительное нижнее белье, с кружевом и атласом, но этот почти мужской наряд был таким в стиле Эммы, что я нашел его очаровательным. И в какой-то степени сексуальным.

— Сними шорты.

— Ч-что? — Она с трудом села и обхватила ноги. — Джакомо, иди отсюда. Я почти уснула.

— Ты разговаривала по телефону. Снимай свои чертовы шорты, Эмма.

— Почему?

— Ты знаешь почему.

— Нет, не знаю. Я же сказала, я принимаю таблетки. Мы не можем заниматься сексом.

— Мы не будем заниматься сексом. Но мы будем делать другие вещи.

Она заправила прядь длинных каштановых волос за ухо. — Секс — это не просто вагинальное проникновение. Это очень женоненавистнический взгляд на...

Я поставил одно колено на кровать и положил руки ей на ноги. Она тут же замолчала, ее настороженный взгляд расширился. Но она, казалось, была в шаге от того, чтобы пнуть меня в лицо.

— Я не причиню тебе вреда, — сказал я, пытаясь говорить тише — Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

— Как?

— Просто доверься мне, тебе понравится.

Выражение ее лица нисколько не изменилось.

— Я хочу знать, что именно ты собираешься делать. Мне нужно дать согласие, Джакомо.

Большинство женщин с радостью раздвигают для меня ноги. Мне повезло, что я женился на единственной женщине на всей Сицилии, которая не хотела ни моего языка, ни моего члена.

Вздохнув, я раздвинул ее ноги и втиснул свое тело между ними. Мне хотелось, чтобы Эмма расслабилась и позволила мне делать то, что я хочу. Но я уже начал узнавать ее получше. Что-то подсказывало мне, что не будет ничего, кроме полного объяснения.

— Сначала я сниму с тебя эти шорты и трусики. Потом я наклонюсь и буду лизать твою киску, пока ты не кончишь.

Пухлые губы раздвинулись на быстром вдохе. Она выглядела неспособной говорить, поэтому я схватил ее за пояс шорт.

— Подожди! — Она накрыла мои руки своими, останавливая меня. — Я не уверена, что хочу, чтобы ты делал это прямо сейчас. Это кажется, я не знаю…. внезапным.

— Поверь мне, жена. Если бы тебе осталось жить всего десять минут, ты бы умоляла меня сосать твой клитор и заставить тебя кончить. Это будет лучшее, что с тобой когда-либо случалось.

Она прикусила губу, как будто раздумывала. Я провел ладонями по ее гладкой коже, чтобы убедить ее. Она не отстранилась, что меня воодушевило.

— Готова?

— Нет, — сказала она. — Хотя мы и женаты, я не хочу начинать обмениваться сексуальными услугами.

— Эмма, я делаю это не для того, чтобы получить что-то взамен.

Это заставило ее закатить глаза

— Все мужчины делают это, чтобы получить что-то взамен.

Мне это не понравилось. Особенно потому, что она не была совсем уж неправа. Я делал это, чтобы добиться ее послушания, ее сотрудничества. Но это не было трудностью. Я любил киску. И что-то подсказывало мне, что у Эммы она будет превосходной.

— Я не хочу минета, если это то, о чем ты беспокоишься.

— Ты не хочешь? — Ее глаза сощурились, когда она прищурилась, глядя на меня. — Ты не хочешь, чтобы я занялась с тобой оральным сексом?