Вот это направление тоже надо развивать. Все, кто на собрании присутствовал однозначно поддержали этот проект.

Когда мы этого добьёмся, в нашем распоряжении будет транспортная сеть, пользуясь которой мы за сравнительно небольшое время сможем перебрасывать миллионы тонн грузов по всему нашему сектору. Если у нас будет такая транспортная сеть, то и никакой меркоксит нам не нужен. Нам вообще ничего больше не нужно. Мы и так будем самыми-самыми.

В общем, Серёгу нагрузили этим проектом. А он тому и рад. И радости своей он не скрывал. Трудоголик законченный…

Был в богатой русской истории такой период, когда актуальна была такая поговорка: «Нам солнца не надо, нам партия светит! Нам хлеба не надо, работу давай!»

Вот это про него. Увлекающаяся личность. Даже завидую.

С эти вопросом тоже разобрались.

— А теперь, друзья мои, — надеюсь, слова мои звучали интригующе, — начнём разговор о самом злободневном и безотлагательном…

— Давай тогда уж, тогда и начинай, — гыгыкнул Семён, — не тяни.

— Ну, как скажешь, — хмыкнул я, — тогда на повестке дня твой вопрос.

— А что я? Я ничо, — Семён веселился. Ну, пусть немного повеселится, первый то вопрос действительно в его компетенции.

— Никуда теперь не денешься, — я посмотрел на нашего силовика, — слушай, — после чего окинул взглядом остальных, и вы тоже, дамы и господа, слушайте, ибо вопрос важный, — я прокашлялся и, наконец перешёл непосредственно к делу:

— Сегодня с утра от господина Пронина пришла информация о том, что его агентуре удалось таки установить местоположение нашего самого верного врага — Петра Сергеевича Овечкина!

— О как! — крякнул Прокопьич, — и что теперь?

— А теперь, дорогие мои, нам надо решить, что мы с этим будем делать. Есть два варианта. Вариант первый — мы пропускаем эту информацию мимо ушей, и делаем вид, что ничего не было. А второй вариант — это мы, наконец, концентрируемся и наносим удар с целью раз и на всегда снять вопрос противостояния с Овечкиным.

— Ага, — среагировал Сергей Карнаухов, — и теперь, если я не ошибаюсь, предлагается высказываться, какой из предложенных вариантов нам милее и ближе?

— Точно! — улыбнулся я, а потом с ходу решил озвучить свои предпочтения, — что касается меня, то я за второй вариант, то есть за ликвидацию этого мерзавца и, соответственно, всех проблем, с ним связанных.

— Поддерживаю, — это Семён присоединился ко мне.

— Я тоже склоняюсь к тому, что уже пора поставить точку в этой истории, — это истер поднялась, чтобы озвучить своё мнение, — но у меня один вопрос всё-таки в связи с этим возник — а хватит ли нам ресурсов, для того, чтобы окончательно этого подонка прищучить?

Услышав этот вопрос, я тут же обернулся к Семёну, который вдруг начал беспокойно ёрзать:

— Прокопьич, а что у нас там с наличием сил и средств, необходимых для решения этой задачи?

— Найдём, — ответил Семён, — правда, прозвучало это не особенно уверенно, поэтому я решил уточнить:

— Сейчас у нас на обороне рудника задействовано две роты, так ведь? — спросил я Семёна.

— Так точно, ответил он, — это две сотни подготовленных гвардейцев, обеспеченных артефактами, оружием и расходниками по двойным и даже тройным нормам.

— То есть их нам точно хватит для выполнения поставленной задачи? — мне важно было понять, действительно ли мы ничего не потеряем, если отвлечём часть своих, не особенно больших сил на ликвидацию Овечкина.

— Да, за то время, что прошло после постановки под наш контроль территории рудника и прилегающих окрестностей ребята хорошо окопались, и способны продержаться не менее двух месяцев против кратно превосходящих сил противника, — ответил Семён, так что ещё две роты, которые сейчас отдыхают в островном форте, у нас практически свободны.

— Ага, получается, у нас есть ещё около двухсот человек резерва? — это меня порадовало, но теперь предстояло выяснить, какие силы и средства нам понадобятся для гарантированного уничтожения или пленения Овечкина, — теперь нам надо выяснить, а хватит ли нам этого резерва.

— А какая информация есть, помимо той, что установлена планета, где скрывается наш недруг? — выкатил Прокопьич встречный вопрос.

— Вопрос, конечно, интересный, — ответил я, — но, кроме этого, у нас пока ничего нет. Ни его точного места нахождения, ни сведений об охране и вообще, никаких деталей.