– Долорес, я не увлекаюсь мальчиками! К чему мне эти описания?! Может, и Ларуа... В общем, чтобы завтра... Нет, сегодня же! Прямо сейчас, чтобы Клуб Астронавтики в Хогвартсе был и работал! И пусть Снейп мне отчитается за его деятельность!

– Но, министр... Снейп не ведёт клубов! Не могли вы его перепутать с мистером Филчем?

– Что?! Со сварливым сквибом? Долорес, ты издеваешься?! Вон! Исполнять! Всё восстановить!

В этом хаосе, среди гнева и недоумения остался всего один островок спокойствия - начальник Отдела Тайн, преспокойно допивший чай, откланявшийся, и покинувший кабинет вслед за Амбридж. Спектакль, разыгранный специально для него, мужчине понравился.

***

– Мистер Ларуа! Как вы смеете перечить желаниям самого Министра Магии?
– пылала гневом Амбридж.

– Позвольте уточнить, в чём заключается его желание?
– на Илгуса её крик не действовал вообще.

– Чтобы Клуб Астронавтов снова начал деятельность под кураторством профессора Снейпа!

– Простите, а его мнение вы спросили?

– Это вас не касается!
– гневалась женщина, от чего её розовая кофточка сверкала капельками слюны.

– Мне кажется, вы не совсем понимаете сути расторгнутого соглашения с мистером Фаджем, уважаемая госпожа замминистра, - всё с тем же спокойствием ответил наглый мальчишка.
– Деятельность клуба уважаемого министра не волновала вообще, его интересовали некие объекты, созданные нами и переданные под управление, прошу заметить, безвозмездно, Отделу Тайн. Но дело в том, что после разрыва договора они были уничтожены. Физически!

– Так восстановите! Репаро, кажется, изучается на четвёртом курсе!

– Хм... Я вижу, что вы абсолютно не в курсе, чем занимался клуб, и о каких объектах идёт речь...

– Так просвете меня!

– Как бы вам сказать... Речь о нескольких спутниках, исследующих Солнечную систему. Они за миллионы километров от Земли. Да и магия, условно говоря, выше облаков, не действует.

Лицо Амбридж очень резко перестало излучать гнев и снова стало притворно улыбчивым. Это произошло так неожиданно, что Илгус даже немного опешил:

– Так восстановите, создайте новые!
– всё так же улыбаясь говорила женщина со злыми глазами.
– Министр требует от вас действий! Вот разрешение на деятельность клуба. Профессора Снейпа я предупрежу.

– Хорошо. Меня устраивает. К первому сентября всё будет готово, - Илгус с трудом взял себя в руки - ему, как эмпату, трудно было отгородится от такого клубка из гнева, презрения и желания выслужиться.

– Первое сентября уже было! Или ты имеешь в виду следующий год?! Вы, кажется, не понимаете о чём речь! Сегодня! Всё должно быть готово сегодня!

– Прошлые разведзонды мы делали два года. Обещая восстановить их за год, я и так взял на себя повышенные обязательства. Боюсь, что без освобождения от занятий и этот срок не будет реальным.

– Вон!
– снова сорвалась Амбридж, а Илгус поспешил исполнить указание.

Он шёл ухмыляясь. Процесс подчистки прогрессорских следов начался. К моменту отлёта внешний мир не должен быть способным повторить что-либо из его серьёзных наработок.

Санаторий, морской воздух...

– Эй, Бэлла, кажись, твоего кузена вернули домой!
– прохрипел грубый голос в одной из камер.

– Сири, это ты?
– взвизгнула в ответ женщина, и в этом визге без труда читались нотки безумия.

– Заткнитесь оба!
– ответил третий.
– В камеру Сириуса какого-то мальчишку поселили.

– Это странно! Неужели Лорд снова вербует сторонников?
– голос, похожий на тявканье гиены раздался из самого конца корридора.

– А как же иначе? Этот этаж только для своих!
– сопровождая безумным хохотом выразила своё мнение Бэлла.

– Не переживёт мальчишка сегодняшний вечер, - в хриплом мужском голосе звучал намёк на сочувствие.
– Эй, парень, тебе лет-то сколько?

– Пятнадцать. Это так важно?
– ответил недавно сломавшийся голос. Ещё не мужской, но уже не мальчишеский.

– Сегодня как раз день кормления дементоров, - пояснил хрипун.

– Дядя, ты простыл? Тебе бы бодроперцового зелья принять, - мальчишка прокомментировал хрипы, а весь этаж разразился хохотом.

– Ну, ты, парень, шутник!
– эта фраза в разных версиях разной степени цензурности звучала сквозь смех из всех камер.

– А чего я смешного сказал?
– притворно удивился малец.

– Тебя как звать-то, шутник?
– опять прохрипел уже знакомый голос и закашлялся.

– Илгус. Подожди, дядя, сейчас выдам.

Что он там выдаст не понял никто, кроме того самого хрипуна - его камера располагалась напротив, и сквозь узкую решётку Антонин Долохов видел, как длинноволосый парень выходит из камеры, словно это его комната в особняке, и протягивает фиал с зельем между прутьев узкого оконца.

Долохов был настолько шокирован, что выпил содержимое пузырька не задумываясь, от чего у него повалил дым из ушей - побочный эффект бодроперцового зелья.