Демон обвёл взглядом поле битвы и не один мускул не дрогнул на его крокодильей роже. Он уставился на мой образ — снова ноль эмоций — ни злобы, ни ярости, ни даже жажды мести. А что испытываете вы, прибивая таракана на своей кухне?

Мгновенно, демон ускорился и в "меня" полетел кроваво-красный шар, пылающий жаром и злобой. Эта субстанция, меньше чем за секунду, поглотила меня и... мой образ исчез без следа. Если где-то убыло, значит где-то должно прибыть. — В тот же миг, меня выкинуло с "тропы" и я появился рядом с противником, одновременно всаживая «Аспирин» ему в плечо, а второй рукой впечатывая крупицу Солнца в рогатую башку. Демон заревел, его руку скрутило судорога, а голова вспыхнула. Он попытался отмахнуться второй лапой, но я уже отскакивал, оставив нож в теле врага и отгораживаясь Волей — «Смута» и «Кользь» дезориентировали высшего, отчего он потерял равновесие и инерция унесла его в сторону.

Кристалл на браслете опустел, демон вновь прыгнул на меня, но в моей руке уже пылал «Пересвет», на который демон и налетел своей тушей. Его тело начало рассыпаться я схватился за один рог и отбросил голову себе за спину, а затем метнул своё Копьё в «окно», откуда уже лезли новые демоны. Сразу несколько ящеров завизжали от боли, а я, выхватив «Гром», добавил им четыре повода для дискомфорта.

Хотелось бы отправить туда какую-нибудь Вязь, но у меня перехватило дыхание, грудную клетку сжало в тисках и рёбра затрещали — я пробил четвёртый порог.

***

Последняя доля запечатлелась на своём месте в Круге. Я разогнул спину, помассировал переносицу и оглядел Обряд — вроде, закончил. Сегодня, наконец, я закрою пробоину. Почти пять месяцев минуло с того дня, когда я сошёл с электрички и начал свои поиски. Все Знания из пещеры перенесены в Книгу, трофеев набралось на две большие сумки, но главное полученное мной наследие — это изменения, произошедшие с моей личностью.

Сомнения, когда-то мешавшие мне сосредоточиться на обучении, теперь казались мне детскими. Кстати я узнал, что третий порог — это не конец ученичества, а его начало. Достигших именно этого порога брали в ученики мастера прошлого. Вообще, далеко не все Знающие способны достичь звания ученика. Не достигших третьего порога называли словами, по смыслу, означавшими новик, неофит, адепт и так далее. Далее шли ученики, а с четвёртого порога, Знающие именовались достойными, что-то вроде бакалавра или «знатного» с добавлением специализации — например, знатный Идущий или знатный служитель Стихии, или знатный Воин... Шестого порога достигали уже мастера, умельцы, в общем, полноценные специалисты, к званию которых добавляли номер достигнутого порога Силы. Суэн носил звание Великого Мастера десятого порога — так я понял по рисункам.

Здесь, в этой долине и этом ущелье, я, по сути, только начал своё обучение и, судя по рисункам Суэна, проходил я его экстерном. — Столько битв многим Знающим, из прошлого Лета, даже не снилось. Наставник однажды сказал — мне никогда не стать воином. Теперь я знаю, что он имел ввиду — воины живут ради битв, а я научился биться ради выживания и не только своего.

Отойдя на пару шагов я в последний раз окинул взглядом Круг, выискивая неточности. Как вдруг, Чувство сообщило мне о том, что через тридцать семь минут пробоина вновь откроется. Я замер, раздумывая — следует ли закончить Обряд? А если нельзя закрывать пробоину в момент её активности? Руки сами достали из разгрузки телефон и включили секундомер. Я сел на пол ущелья по-турецки, достал кисет и начал набивать трубку. — Время подумать есть.

Время высыпалось, как песок из порванного мешка, а я не мог принять решения. Очень хотелось поставить точку в своём затянувшемся походе, но мысль о возможном риске останавливала меня от активации Обряда. Когда секундомер показал тридцать пять минут, я поднялся и пошёл на свою привычную позицию — в середине каменного коридора.

«Только не Слой Жизни, лучше уж Пекло, а в идеале — другой мир», — думал я, разворачиваясь и готовясь к бою.

Калейдоскоп цветов набрал скорость и, как всегда, резко остановился — пелена обрела цвет светлого золота.

«...???...».

На той стороне стоял... Не будем торопиться с выводами. Был он высок, наверно под два с половиной метра. Идеальное телосложение, какие-то доспехи, вроде шлем и то ли меч, то ли длинный нож на поясе, а за спиной два огромных крыла, в которые он мог бы завернуться полностью. От него исходило такое сияние, что разглядеть подробности было крайне сложно. Но его лицо, вот парадокс, я видел чётко и ясно. И, вроде, человеческое лицо, но не было в нём ничего человеческого — будто маска как... у человекоподобных роботов. Не знаю, трудно объяснить. Вроде, и эмоции есть — эдакое высокомерное недоумение и зарождающийся гнев, но в сочетании с ледяным равнодушием... — Как такое возможно?!?

Взгляд охранителя Барьерного Слоя скользнул по краям пробоины, затем по коридору и упёрся в меня. — И меня пробрало. До печёнки. Честно. Он сделал шаг, от которого, казалось, слегка вздрогнуло всё вокруг и заговорил:

— Бренный, — это обращение он произнёс с оттенком презрения. — Кто дал тебе волю на это?

«Речь Первых», — родилась мысль на задворках разума, придавленного мощью, исходившей от голоса и фигуры этого существа.

Но вместо страха, из глубин сознания поднялись будто инстинктивные возмущение и чувство несправедливости. Мне захотелось ответить — веско, с достоинством. Но как? Я не владею этим языком. Хм... Зато, моя Воля владеет.