— Син! — почти крикнула Ралина.

Пол чуть дрогнул и вместе со стенами мелко затрясся, заставив их всех испуганно притихнуть, с немым вопросом глядя друг другу в глаза.

— Хватайте вещи и быстро на выход, — скомандовал брат. — Ралина, поговорим по дороге.

Мигнуло освещение, приёмник телеорамы выключился. Син замер, на полпути к входной двери, схватился за грудь и припал на одно колено. Дети и Инанна, с криком бросились к нему, но мужчина уже поднимался, плотно стиснув зубы. Чувство сообщило о чём-то масштабном и невероятно агрессивном, в направлении центра города, до которого отсюда рукой подать.

«Прокол? Привкус гнили... План Смерти.»

— Это землетрясение было?

— Син, что с тобой?

— Нужен фонарик!

Все загалдели разом, но смолкли, стоило на ладони Сина появится туманному светящемуся шару. Всё таки, магия совсем недавно вернулась в мир и обычные люди не до конца привыкли к ней. Выбежав в коридор уровня, на котором располагалась квартира, они по привычке бросились к элеватору, но окрик Сина остановил их:

— Куда?!? Подача энергии сбоит. Спустимся по лестнице.

Восемнадцать уровней, с сумками в руках, по ступеням слабо освещённым лишь магией и "аварийкой" — не лучшее кардио для паникующего организма. Увидев, как спотыкаются близнецы и младшая сестра, Син выхватил из их рук самые тяжёлые баулы и забросил назад.

— Син!

— Дядя!

— Успокойтесь! — неожиданно рявкнул он на них, кажется, впервые в жизни . — Всё, что нужно, купим, когда... выберемся. Ралина, документы у тебя?

— Д-да, — через отдышку слова давались женщине с трудом. — Слушай, Син, разве это хорошая идея бежать по лестнице, во время землетрясения?

— Это было не землетрясение.

— А что? — спросили обе сестры хором.

— Скорее всего, взрыв.

— А?

— Взрыв чего?

— Бегом в автокинет! — рявкнул он на них второй раз в жизни, толкая дверь на улицу.

У выхода из комплекса, в нарушение всех правил, прямо на тротуаре была припаркована пассажирская машина.

— Соседи, это ваша колымага? Что вам места на стоянке мало? — перед кинетом стоял их сосед с первого уровня, дед Октавий, как называли его все жители комплекса.

— Мы уже уезжаем, — бросил ему Син.

— Никак на отдых собрались? — спросил любопытный старик, провожая взглядом забрасываемые в багажное отделение сумки.

— Садитесь, — громко сказал Син, заметив, что Инанна уже открыла рот для ответа. — Ралина пристегни детей.

Из окна третьего уровня высунулась голова и плечи молодого парня, который с абсолютно ошалелым лицом проорал на всю улицу:

— Орлы ударили артиллерией по протестующим! Там сейчас ад!

"Орлами" называли войска гегемона Единства — Республики Ром — лагерь которых имелся в каждой провинции. Официально Империи не существовало уже больше трёх веков, но экономические, политические и военные возможности гегемона позволяли ему сохранять доминирующее положение в ЕС.

— Чего ты несёшь?!? — возмутилась женщина, чьи внуки играли на детской площадке. — Связи нет, энергию отключили, кто и что там тебе «говорит»?

— Спокойно, бабуля, я служу в префектуре, с напарником по коммуникатору связался, он живёт рядом с площадью Независимости.

— Какая я тебе бабуля?

— Марфа, не кудахтай, — в беседу включился пожилой мужчина, копавшийся под капотом своего автокинета. — Слышь, "префектура", уверен про удар артой? Больше на подрыв было похоже?

Пока жильцы комплекса делились слухами, Син чуть ли не силой затолкал родню в авто, заблокировал двери и запустил энергоблок.

— Син, ты ведь знаешь, что происходит, — утвердительно спросила Ралина. — нужно предупредить людей.

Тем временем, перед входом в комплекс собралось уже около двух десятков жильцов, привлеченных тревожными новостями. А к Ралине присоединилась Инанна, требуя у брата объяснений.

— Так, слушайте! — Син оборвал их обеих. — Поздно кого-либо предупреждать. Я не спец по взрывчатке и бомбам, но я... вы знаете, кто я, верно? Сутки назад начался "Прилив". Очень кратко — это общемировой всплеск Дыхания. Помните, я рассказывал вам про Дыхание? Кланы, Семьи, корпорации... Все, кто жаждет переустройства мира, ждали этого момента, чтобы... заставить правительства поделиться властью, в общем. Кто-то что-то взорвал на площади, я почувствовал прокол, очень большой. Чтобы там не прорвалось, в городе сейчас оставаться крайне опасно. Нам нужно забрать отца и валить подальше отсюда. Кстати, где он и почему не дома? Были же объявлены всеобщие нерабочие дни.

— Он не живёт с нами, — испуганно пискнула младшая сестра.

— Что!?!

— Он ведь сказал: «ноги моей не будет в этой квартире», — нервно кусая губы, пояснила слова сестры Ралина. — Так и не простил тебе отказ служить в Дружине. Он ни разу и не был здесь, с тех пор, как ты купил нам это жильё.

— Вот же упрямый...

— Син, не при детях.

— Где он сейчас?

— Должен быть в нашей старой хибаре, в Юго-Западном Конце.

— Едем!

По пластиковому окну, с водительской стороны, затарабанили. Увлёкшись эмоциональным разговором, пассажиры автокинета не заметили, как их транспорт окружила толпа. Син опустил окно и в салон ворвались галдёж и крики. В проёме появилось бандитского вида лицо здоровенного мужика.