Демон лени выпустил голубое адское пламя, которое с бешеной скоростью распространилось по усикам Эльзы Марии. Я чувствовала, как пламя пожирает ее всю, даже корень.

Предсмертная агония растения поставила меня на колени, и я вырвала на лужайку.

– Э-Эльза Мария? – напряженным голосом позвала я.

Ничего.

Он спалил весь ядовитый плющ. Целиком. Я больше не слышала ее слов, не чувствовала ауры, присущей растению.

Она была уничтожена. Полностью уничтожена.

Растения не обладали душами, поэтому каждая смерть давалась мне еще тяжелее. По ту сторону не было ни вечного сосуществования с благосклонной королевой ведьм, ни царства, полного милосердия, ни рая, на который так надеялись люди. Для растений не существовало ничего.

– А теперь перейдем к тебе, теневая ведьма.

Я по-прежнему неподвижно сидела на коленях в траве, когда Бельфегор подошел ко мне. Боль Эльзы Марии слишком глубоко запала мне в душу, чтобы я могла пошевелиться.

Я уже приготовилась к концу, как вдруг демона лени раздавили две костлявые руки:

– Неужели ты думаешь, что я позволю одному из вас, первородных демонов, прикасаться К МОЕЙ НЕВЕСТЕ?

Это был голос Блейка, но последние три слова, казалось, исходили не от него. Они были слишком глубинными и словно доносились из трясущейся подо мной земли.

– Вишенка! – Блейк помог мне встать. – Нужно убираться отсюда.

– Но у меня нет сил, Блейк, – призналась я, зарываясь в его безмолвную грудь. – Я просто больше не могу.

– Белладонна. – Голос Атропос звучал беспокойно. – Ты не можешь так просто сдаться.

Сдаваться я и не хотела…

– Тогда скажи мне, что нам делать, Атропос?

– Жить… Может быть, жить…

– И где вообще носит Кармиллу? – прорычал Блейк, заглушая непривычно тихий ответ Атропос. – Она поклялась сделать все, что в ее силах, чтобы защитить всех невест.

– Погоди! Кармилла была здесь?

Он отвел взгляд.

– Да.

– Почему ты мне не сказал? Она что, может проникнуть в замок?

– Вы сможете продолжить спор позже.

Мы с Блейком в ужасе шарахнулись, когда из недр замка появилась закутанная в зеленый плащ фигура. Большой капюшон скрывал ее черты лица.

– Ну, похоже, я как раз вовремя! Быстро! – Фигура в капюшоне протянула мне старый пергамент. – Нарисуй эту руну на полу. Только королева ведьм может ее активировать.

– Что…

– Она используется для защиты ведьм, когда по земле ходит повелитель демонов, – объяснила она, и я наконец-то распознала голос незнакомки. Что ж, незнакомкой ее назвать было сложно. – Поверь мне, она хорошо испытана. Она использовалась в качестве защиты со времен королевы Марии.

Это была простая руна, и я, снова опустившись на колени, нарисовала ее на земле. Траву я попросила расти где-нибудь в другом месте, пока пальцем выводила магический символ в воздухе.

Бельфегор тем временем высвободился из хватки костей и решительно шагнул в нашу сторону. Я затаила дыхание, прежде чем его с беззвучным взрывом выбросило со двора.

– Сработало, – выдохнула ведьма.

Когда она встала на землю рядом со мной, капюшон соскользнул с ее головы.

– В-Вальпурга? Это правда ты?

Я все еще не могла в это поверить, но передо мной и правда на корточках сидела Вальпурга. Вместо листьев у нее на голове виднелись светлые локоны, зачесанные назад. Белая кожа не была больше корой, и только холодный взгляд Фауста, которым он смерил меня с плеча ведьмы, напоминал о ее многомесячном существовании в качестве дерева.

Она решительно кивнула мне.

– Добрый вечер, Донна.

Блейк выбросил руку вперед, чтобы схватить Вальпургу за горло, но я тут же встала между ними.

– Нет! Она же только что нам помогла!

– Ну и что? Несколько месяцев назад она хотела тебя убить!

– Знаю, – отозвалась Вальпурга. – И я получила наказание.

– Это точно. Белладонна была слишком добра, превратив тебя в дерево.

– Я… я лишилась кое-чего посерьезнее.

– Ах, разве это не трогательно? – захохотал Бельфегор, стоящий за садом. – Хочу, чтобы вы знали: я всего лишь в авангарде. – Он ни на секунду не спускал с меня глаз. Они были такими же черными, как у Блейка, но выглядели холодными и пустыми, словно пепел. – Остальные просто ждут аудиенции у королевы.

Как будто всего случившегося недоставало, теперь мои опасения подтвердились: все первородные демоны были освобождены от оков, сдерживавших их в аду.

– Ах, правда? – усмехнулась я в надежде, что демон не заметит дрожи в моем голосе. Я из последних сил поднялась на ноги. – Будь осторожен в словах. Может быть, в следующий раз я постучусь во врата ада и буду топтаться у вас на родине. Поверь мне: моя месть будет в три раза сильнее, как это и п-положено у в-ведьм.

Я быстро спрятала дрожащие руки за спину, но было уже поздно.