Внезапно изморось превратилась в ливень. Дождь с силой барабанил по автомобильному стеклу, а несколько холодных капель попали на щеки девочки. Папа тут же закрыл окно. В это время мама испуганно поглядывала на дорогу, чувствуя, как ее сердцем овладело беспокойство.

– Думаю, минут через сорок, – с трудом проговорила женщина и повернулась к дочери. – Можешь порисовать пока, если хочешь.

– Вот черт, – выругался папа. – Погода совсем испортилась.

– Что-то мне нехорошо. Остановись, Лёш.

– Сейчас опасно, милая.

Небо стало темным и пугающим. Дождь все усиливался. С каждым резким поворотом руля на скользкой дороге сердце Марии Васильевны ухало в пятки. Она с силой вцепилась в сиденье, стараясь так успокоиться, но это не помогало: в ее глазах застыл ужас, моментально парализующий все ее тело.

Казалось, что все вокруг заставляет их двигаться вперед, несмотря на ее желание остановиться и переждать непогоду. Но дорогу со всех сторон обступали лишь мрачные деревья. И даже вдали не наблюдалось нормальной обочины, где можно сделать перерыв.

Марина достала из рюкзачка альбом, простой карандаш и задумалась, что ей на этот раз нарисовать. Дома у нее уже скопилось множество рисунков с пейзажами, животными и даже есть с дельфинами.

Наконец девочка решила, что будет рисовать. Она нанесла на лист первый уверенный штрих карандашом, не обращая внимания на тихие разговоры родителей. Растворившись в живописи, Марина полностью сосредоточилась на процессе создания рисунка. Девочка дорисовывала лепесток будущей розы, когда внезапный, словно ураган, крик мамы ворвался в ее мысли, заставив невольно вздрогнуть:

– Леша, осторожно!

Внезапно мама громко закричала, а папа, выругавшись, резко повернул руль влево. Карандаш выпал из рук Марины, а альбом улетел на пол.

Марина не сразу поняла, как все произошло: она с ужасом увидела, как на них на полной скорости мчался грузовик. Девочка зажмурилась от страха и в этот момент почувствовала сильный удар.

Все, что ей удалось сохранить в памяти – это неясные размытые звуки. Девочка не успела вовремя среагировать: дорожная авария произошла слишком быстро. Её резко отшвырнуло в сторону двери, и она сильно ударилась головой о стекло автомобиля. Тут же её пронзила резкая острая боль в правой стороне головы, отчего Марина поморщилась, заплакала и тихо застонала. Она попыталась позвать маму, но её остановил внезапный зуд на правой щеке. Девочка попробовала поднять руку, чтобы проверить, глубокий ли порез, но охнула от жгучей боли в предплечье, которая с каждой секундой лишь усиливалась. Ее тело горело огнем, однако ее и без того бледное лицо потеряло цвет, а рыжие веснушки стали едва заметными. Из последних сил Марина все же попыталась позвать маму, однако спустя пару мгновений все звуки и голоса стихли, а салон машины превратился в одно расплывчатое пятно, и девочка потеряла сознание.

Этим же вечером врачи скорой медицинской помощи привезли Марию Васильевну с Мариной в больницу. После тщательного осмотра хирургом пострадавших в ДТП, врач приняла женщину в своем кабинете.

– Доктор, скажите, пожалуйста, как Маришка? – спросила главного хирурга клиники Мария Васильевна, сидя в инвалидном кресле с забинтованной ногой. – Она выживет?

– У вашей дочки тяжелая черепно-мозговая травма, поэтому девочка нуждается в срочной операции, – пояснила обеспокоенной матери хирург, внимательно изучив снимки МРТ маленькой пациентки. – Медлить никак нельзя. Важна каждая секунда, – и тут же обратилась к стоящей неподалеку медсестре:

– Маша, готовьте операционную.

Молоденькая медсестра кивнула и вышла из кабинета хирурга.

– Не беспокойтесь, мы сделаем все возможное и спасем вашу девочку, – ободряюще улыбнулась женщина, вставая из-за стола, морально готовясь к еще одной тяжелой операции.

– А мой муж? – тихий голос Марии Васильевны остановил врача на полпути.

Хирург обернулась и с сочувствием взглянула на нее. За несколько часов под глазами Марии Васильевны образовались черные круги, на лице явно видно несколько морщин, а сама кожа казалась словно прозрачной. Врач смотрела в заплаканные глаза бедной женщины, успевшей за короткий срок пережить многое, и вздохнула: ее сердце сжималось каждый раз, когда приходилось говорить пациентам горькую правду о их близких. В глазах Марии Васильевны пока еще читалась надежда на чудо, что ее супруг жив.

Хирург ободряюще сжала плечо женщины и тихим голосом произнесла:

– Мои соболезнования. К сожалению, мужчина умер мгновенно. Держитесь. Вам нужно жить ради вашей дочери.

Услышав о смерти мужа, женщина опустила плечи, откинулась в инвалидном кресле и, закрыв лицо руками, беззвучно разрыдалась.

В кабинет, постучавшись, вошла медсестра.

– Операционная готова.

Конец ознакомительного фрагмента.