– Она тоже заходила к вам на беседы?

– Да. Конечно. Каждый ученик нуждается в моих советах. И я, без сомнения, всегда готов им помочь. Нет ничего хуже, чем заблудшая овца, которая не может найти путь к своему стаду.

Эти слова не успокоили Миллера. Он не мог понять, как Библия Эллисон могла оказаться в кабинете преподобного. Агент оглядывался, размышляя над этим, когда его взгляд остановился на распятии. Судя по размеру, это вполне могло быть распятие из комнаты девочки.

– А это распятие? Оно ваше?

– Это распятие висит здесь с момента открытия «Института Маллоу» в 1987 году. И здесь оно и останется, пока я стою во главе этого заведения.

– Вы можете как-то это доказать? Оно очень похоже на то, что исчезло из спальни Эллисон у нее дома. Если у вас ее Библия…

– Вы ведь не хотите сказать, что ждете от меня доказательств, что этот крест находится здесь все эти годы?

– Я буду с вами откровенен, преподобный. В этой истории есть нечто, что не укладывается у меня в голове. И клянусь вам, если вы или кто-либо из этого центра как-то замешан в смерти Эллисон или в исчезновении Джины Пебблз, я узнаю об этом и не успокоюсь ни на миг, пока не пойму, какого черта вы это сделали.

– Это школа религиозного образования, агент. В этих стенах мы ценим жизнь превыше всего. И единственное, чего мы хотим, – чтобы вы нашли виновного. Но я готов дать руку на отсечение, что ни один из работающих здесь людей и пальцем не притронулся к Эллисон.

– Будьте осторожны, преподобный. Вы можете остаться без руки. А такие следы остаются на всю жизнь.

– И кто не был записан в Книге жизни, тот был брошен в озеро огненное, – торжественно произнес преподобный фразу из Библии. – Я не боюсь огня. Я боюсь не чувствовать себя живым.

– Теперь я понимаю, почему Эллисон отметила в своей книге такие… зловещие места.

– Зловещие? В Библии не может быть ничего темного. В ней нет ни одного стиха, который не мог бы служить путеводной звездой. Нужно лишь уметь правильно читать ее.

Миллер был растерян. Устав от хождения вокруг да около, он принялся задавать вопросы без размышлений.

– У вас были близкие отношения с Эллисон? – с напором спросил Миллер, повышая голос. – О чем вы говорили, когда она приходила к вам? Она упоминала… о своих тревогах?

Преподобный вздохнул и, будто у него не хватало сил, опустился на стул. Наконец он произнес:

– Ладно. Я вам расскажу. Но только для того, чтобы мы оставили весь этот спектакль раз и навсегда и чтобы вы прекратили без конца намекать на то, что мы имеем какое-то отношение к произошедшему.

– Продолжайте, – попросил Миллер.

– За последние недели она несколько раз заходила ко мне, – произнес он со вздохом. – В первый свой приход Эллисон сказала, что чувствует себя очень одиноко. Мне кажется, я хорошо понял, что с ней происходило. Ей было трудно завести друзей в Маллоу. К тому же… Между обычными учениками и теми, кто получает стипендию, разница слишком очевидна. Хоть мы и пытаемся скрыть то, что они принадлежат к разным кругам, им нелегко сблизиться с остальными. Она уже несколько лет училась здесь и… Видимо, ее одноклассники не были с ней слишком дружелюбны.

– Ее травили?

– Я бы так не сказал. Они просто… Не обращали на нее внимания. По крайней мере, так она мне это объяснила. Некоторые группы ребят слишком закрыты и не принимают к себе чужаков.

– Я думал, религия учит помогать нуждающимся и любить ближних, или что там еще говорится на благотворительных сборах средств.

– То, чему мы пытаемся научить наших учеников, – одно, а то, что они делают вне занятий, – совсем другое. Меня это беспокоит. Дьявол всегда нашептывает тебе на ухо, когда ты один. Поэтому мы приняли решение обязать таких учеников, как Эллисон, работать над школьными заданиями в группах с, так сказать, самыми популярными ребятами.

– И когда это было?

– Должно быть… Уже три недели как.

– Кто входит в эту группу? Вы можете назвать имена учеников?

– Ну… Не то чтобы это был какой-то официальный список. Это скорее… Не знаю, как объяснить… Мальчики и девочки, которые пользуются большей популярностью, чем остальные. Знаете, так происходит во всех учебных заведениях. Наша цель состоит в том, чтобы самые уязвимые обучающиеся были пригреты самыми… уважаемыми. Таким образом, создаются связи, которые выходят за рамки… грязных денег.

– Кто конкретно?

– Ну, например, среди них были Дебора, Джеймс, Итан, Артур…

– Итан Пебблз? Брат Джины?

Преподобный кивнул. Миллер нащупал связующее звено между двумя случаями, хотя оно и оставалось пока очень туманным.

– И о чем вы говорили во второй раз? Вы сказали, она приходила к вам не единожды.

– Видите ли, агент… Мне непросто вам это говорить. Но думаю, вы должны знать все.

– Что вы имеете в виду?

– Эллисон… Она пришла ко мне и призналась… Что была беременна.