Маргарита

— Задавай. — Усмехнулся Троицкий, словно предвидел, что именно я хотела у него спросить.

И если это так, то это означало только одно, я не ошиблась и видела именно его.

— Ты хотела спросить про Костю? — задал мне вопрос Виктор Яковлевич, на что я молча кивнула. — Да, он работает в нашей клинике и занимает должность заведующего детским кардиологическим отделением. Ты будешь работать под его руководством.

А вот этого мне сейчас совсем бы не хотелось. Зачем он снова появился в моей жизни, если несколько лет назад исчез из моей жизни ничего мне, не объяснив.

Константин Варламов, мой одногруппник и моя первая юношеская любовь. Мы учились с ним на последнем курсе, когда между нами зародились чувства. Сначала робкие, нежные, как первый цветок, распускающийся ранней весной. Такие же уязвимые и трогательные. А потом, уже спустя пару недель страстные и сильные. Нам казалось, что мы всё преодолеем, если будем вместе.

Точнее, как выяснилось, это только мне так казалось. А Костя однажды просто исчез. Даже на вручение диплома и на выпускной вечер не пришёл.

Я очень переживала по этому поводу, даже ездила к нему домой. Но соседи мне сказали, что его родители продали квартиру и они все вместе уехали в неизвестном направлении.

И ничего, никаких звонков, смс сообщений, ни-че-го. Он просто исчез, даже не подумав мне об этом сказать. И это в век передовых технологий, когда сообщить что-то другому человеку проще простого.

Я тогда места себе не находила, ждала от Кости хоть каких-то вестей. Ну не мог же он просто так исчезнуть?! На что мой отец лишь мне сказал, что я для Варламова была просто игрушкой. И что, как выяснил папин знакомый, семья Кости, как и он сам, давно планировали этот переезд.

Как мне было тогда плохо, не передать словами. Мне казалось, что моя жизнь закончилась.

А хотя, наверное, так реагируют все молоденькие девушки, которых бросает парень. Юношеский максимализм называется, плюс первая и самая трепетная любовь.

— А как Константин на всё это отреагирует? — спросила я, боясь встречи с ним.

— Рита, мы все взрослые люди. Мало ли что было у нас в прошлом. Тем более столько лет прошло, у вас у каждого своя жизнь. — Ответил профессор. — Хотя, не скрою, я был рад, когда вы были вместе. Вы были бы прекрасной семьёй. — Добавил Виктор Яковлевич, посыпав соль на вновь закровоточившую рану.

Да уж, не везёт мне в личной жизни! Один сбежал от меня, другой пять лет жил на две семьи, причём с одобрения моего отца.

— Да, вы правы. — Согласилась я с Троицким. — Прошлое уже давно в прошлом.

Только вот почему мне от этого давно ушедшего прошлого снова стало так больно?

Столько вопросов и ни одного ответа. А ведь я только обрадовалась, что начинаю новую жизнь.

У меня даже возник минутный порыв, чтобы отказаться от работы и уехать в другой город.

Но потом я решила, что не позволю больше никому диктовать, как мне жить. Теперь только я буду решать это и никто другой. Только я!!!

Взяв ключи от квартиры профессора, я отправилась туда. Твёрдо решив при этом, что в ближайшее время обязательно найду своё жильё. Потому что злоупотреблять добротой и гостеприимством профессора я не могла.

Когда мой дедушка был жив, мы часто бывали в этой квартире. Эта квартира досталась профессору Троицкому ещё от его родителей. А в нашем городе он жил тогда с женой и преподавал в нашем институте.

Да, прошло столько лет, а здесь ничего не изменилось, хоть я была здесь последний раз ещё ребёнком.

Это было удивительно, но здесь в чужой квартире я чувствовала себя куда спокойнее и увереннее, чем дома. Разве такое бывает?

Но не успела я до конца об этом подумать и обойти квартиру, как мне позвонила моя подруга Галя.

— Ну, ты как там? — взволнованно спросила она. — Прости, до вечера не дотерпела. Переживаю за тебя.

— Всё нормально, я разговаривала с профессором Троицким, и он взял меня на работу. Более того, я сейчас у него в квартире. — Ответила я.

— Ритка, я так за тебя рада! — Искренне порадовалась за меня подружка. — Ну, вот теперь у тебя точно всё будет хорошо. И ты скоро обо всём будешь вспоминать как о чём-то очень далёком.