— Нет! Теперь отпусти меня! — я пытаюсь отстраниться от него. Он зловеще улыбается и тянет меня в сторону своей яхты, а я упираюсь ногами, чтобы меня не утащили дальше, и пытаюсь высвободить руку из его потной ладони.

Откуда-то сзади раздается рык, из ниоткуда появляется кулак и попадает ему точно в челюсть. Парень падает на причал, потеряв сознание.

Я поворачиваюсь и смотрю на Джексона: он тяжело дышит, его глаза наполнены гневом, и он практически кричит на меня:

— Что ты делала?

— Что я делала? Ничего! Он подошел ко мне, сделал несколько грубых замечаний и пытался заставить меня пойти на его яхту. Я ничего не делала!

Я выпятила подбородок и уставилась на него: как он посмел подумать, что я флиртую с этой задницей?

Лицо Джексона мгновенно меняется с гнева на озабоченность, и он обнимает меня за плечи.

— О, детка, мне так жаль. Да, конечно, ты не делала этого, я почти все видел, просто я так разозлился при мысли о том, что кто-то еще прикасается к тебе, что сошел с ума. Пожалуйста, Кэролайн, мне так жаль, если я тебя расстроил, — его глаза умоляюще смотрят на меня.

Я отпускаю напряжение в плечах и обхватываю его руками.

— Я в порядке, Джексон. Пожалуйста, мы можем просто уйти сейчас?

Джексон берет меня за руку, и мы возвращаемся к его яхте, оставив пьяного засранца там, где он оказался. Должна признать, что то, как Джексон набросился на этого парня, возбудило меня до глубины души. В моих трусиках уже собирается влага. Он помогает мне забраться на яхту, и мы поднимаемся в главный зал. Я хватаю его за руку, чтобы проверить, нет ли повреждений, но она только немного покраснела, но, кажется, ничего не сломано.

— Кэролайн, я не хотел тебя обвинять. Надеюсь, ты это понимаешь. Не знаю, что на меня нашло.

— Я в порядке, правда в порядке, — я делаю паузу, а затем пристально смотрю ему прямо в глаза, чтобы он понял, что я говорю серьезно. Его плечи заметно расслабляются. Я поворачиваюсь в сторону и поднимаю одно плечо, говоря через него своим самым кокетливым голосом: — Мне даже нравится, что ты так меня защищаешь, — такой альфа-самец.

Я целую его руку — ту, которую проверяла на наличие повреждений. Я поднимаю глаза и ухмыляюсь ему, и его грудь слегка вздымается, осознавая, как я возбуждена.

В его глазах появляется блеск, и он поворачивается ко мне, указывая на меня пальцем.

— Юная леди, вам лучше знать, что нельзя разговаривать с незнакомыми мужчинами, — он подмигивает мне. О, я знаю, к чему он клонит. Так и есть. Я определенно могу играть в эту игру.

— Джексон, прости, я не хотела, даже не подумала, — я делаю свою лучшую сексуальную рожицу.

— Я знаю, малышка. Но ты сделала что-то плохое, — он назвал меня «малышкой», о, Боже, мои трусики уже совсем мокрые. Его глаза прикрыты и в них горит голодный огонь. — Плохие девочки должны быть наказаны.

От его слов по моему телу пробегает дрожь, и электрический ток прямо в киску, и она сжимается. Как он может заставить меня так мгновенно запульсировать?

— Пойдем со мной, — он берет меня за руку и заталкивает в свою каюту, захлопывая за нами дверь. Его руки лежат у меня на плечах, он сдвигает бретельки моего платья и опускает вниз к моим ногам. — На колени и на руки — на кровать. Сейчас же.

Я делаю, как он говорит, и от его властного голоса у меня внутри все переворачивается. Я даже не представляла, что мне это так понравится. Я вся горю от возбуждения.

— Да, сэр. Мне жаль, что я так плохо себя вела, — я смотрю на него через плечо игривыми глазами и прикусываю нижнюю губу, когда снимаю туфли и медленно ползу на кровать на четвереньках. — Что ты собираешься со мной сделать?

— Именно то, что ты заслуживаешь.

Он ставит меня так, что мои колени оказываются на краю кровати, а он — прямо за мной. Я чувствую себя такой восхитительно обнаженной перед ним, когда мой зад прикрыт лишь стрингами. Он протягивает руку и проводит обеими ладонями по моим ягодицам, сжимая их.

— Кто был плохой девочкой?

— Я.

О, черт, это так чертовски сексуально. Его руки скользят по моей спине, быстро расстегивают лифчик без бретелек, и тот падает.

— Кто заслуживает наказания?

— Я.

— Правильно, — с этими словами он сильно шлепает меня по заднице правой рукой. Это больно, но возбуждает еще больше.

— Кому принадлежит эта задница? — он сжимает и снова шлепает меня по заднице.

— Тебе.

Да, блядь, это потрясающе.

— Кто имеет право смотреть на эту задницу?