Это всё хорошо. Но находиться здесь долго не могу, нужно думать о возвращении в свою прежнюю жизнь, к людям, которых люблю. Хм. Но почему даже мысль об этом вызывает внутри такой протест? Потому что там воспоминания? Потому что мир жесток? В памяти всплыли злые глаза моих истязателей. Ведь они ещё там, в моём мире. Значит, есть шанс снова с ними встретиться. И они не получат своего наказания, пока я не обращусь в правоохранительные органы. А это следствие, это протоколы. Нет, не хочу.

Всё можно пережить и забыть. Но мысль, что эти гады будут ходить по земле и творить свои бесчинства, вот что больше всего меня беспокоило. Вот из-за кого не хочется возвращаться. А пока. Пока я здесь, мне ничего не угрожает, в этом я абсолютно уверена. Но поговорить о моём возвращении всё же нужно. Вдруг ждёт неприятный сюрприз, и судьба снова захочет запустить свои жернова. Но это завтра, а пока что нужно поспать.

Не знаю по какой причине, но ночью у меня поднялся жар. В полубреду я снова и снова видела глаза нападающих, проживала каждую секунду и кричала, кричала от невыносимой боли. Было жарко, я задыхалась, пытаясь глотнуть холодного свежего воздуха. Пока не почувствовала холодную мокрую ткань на лбу. Затихла от облегчения. А когда ткань нагревалась, снова чувствовала холод на лбу.

И только чувство благодарности, что он терпеливо был рядом. Аккуратно обтирал открытые участки кожи. Видимо, под утро я погрузилась в сон без сна. А когда проснулась, чувствовала себя немного лучше. Он сидел рядом, положив голову на руки. Даже он устал этой ночью.

Я не шевелилась и смотрела на него. Вроде не старик. Да, возле глаз, на лбу были морщины. Но кожа на щёках, там, где не было бороды, гладкая. Жилистые руки с длинными пальцами и обломанными ногтями. Кожа шершавая, обветренная. Не удивлюсь, если увижу на ладонях мозоли. Чем он занимается в конце концов?

Он шумно вздохнул, поднял голову, открыл глаза и посмотрел на меня своими чёрными бездонными глазами. Потом протянул руку и осторожно прикоснулся к моему лбу своей большой рукой. И какое-то странное чувство появилось внутри меня, оно растекалось, грело. Удивительно просто.

– Мне лучше. Только слабость осталась.

Он недовольно заворчал. И мне показалось, что понимаю, о чем он ворчит.

– Нет, это не купание виновато. Думаю, что это последствие стресса. Так бывает.

Он что-то буркнул.

– Буянила, да? Помню смутно. Если бы таблетки были, то быстрее бы справилась. А тут только народные методы. Ничего, это пройдёт. Только снова лежу и пошевелиться не могу. А ведь я хотела с вами поговорить об уходе, а снова прикована к кровати. Мне и так неловко, что заняла вашу кровать.

Он недовольно заворчал. Действительно немой?

Лежала на спине, потом на левом боку, потом на правом. Затем снова на спине. И как- то мне начало это надоедать. Я бы даже сказала, что меня начали охватывать тревожные чувства. Казалось, что задыхаюсь в этом тёмном доме. Поэтому попросилась на свежий воздух. И моё желание безропотно выполнили.

Красотища- то какая! Села на сломанное деревце и закрыла глаза. Было такое ощущение, что в меня что-то вливается, и я наполняюсь неведомым подъемом сил. Подняла голову к небу. Чувствовалось приближение осенней поры. Тут и там виднелись желтые и красные листочки. Еще немного, и лес окрасится красками. Обожаю осень. И от избытка чувства, произнесла:

Лес, точно терем расписной,Лиловый, золотой, багряный,Веселой, пестрою стенойСтоит над светлою поляной.

Мой спутник довольно прищурился и заворчал. Ишь ты, понравилось. Еще просит. И я продолжила:

Березы желтою резьбойБлестят в лазури голубой,Как вышки, елочки темнеют,А между кленами синеютТо там, то здесь в листве сквознойПросветы в небо, что оконца.Лес пахнет дубом и сосной,За лето высох он от солнца,И Осень тихою вдовойВступает в пестрый терем свой… (И.Бунин)

А потом еще и еще, что на ум приходило.

– Всё. Устала.

И то, что случилось дальше, уму непостижимо. Он подхватил меня на руки, словно пушинку и понёс в дом. Хм, эк его поэзия торкнула. А мне это начинает нравиться. Забота, спокойствие и защита. И что-то начало просыпаться внутри меня. То, что давно уснуло. О чём уже и не думалось. То, что из благодарности разрастается в нечто другое. Такое маленькое, живое и яркое, а потом разгорается и заполняет грудную клетку. Совсем я что ли с ума сошла? Разве могло со мной такое приключиться? Наверное, я схожу с ума. Да просто мне раньше совсем другие нравились, вот я о чём. А потом запнулась. А какие? Те, что обещали, да обманывали. Те, кто нагло врали раз за разом. Да что об этом вспоминать теперь.

Я уж думала, что не способна заново испытать подобное, ведь закрыла сердце и душу. Чтобы снова не обманули. Уж лучше так, чем нараспашку. Но иногда, редко мечталось. Мечталось, чтоб как за каменным плечом. И тут такое.

Нет, нет. Нужно взять себя в руки и оценить трезво. Нельзя простую заботу принимать за нечто большее. Это неправильно. Это лишь моя фантазия. Вот что мы, женщины, за народ такой? Он мне тряпочку холодную на лоб, а уже размечталась. Это я от ударов по голове разумом повредилась. Не мудрено, такое пережить. Может он только и мечтает от меня избавиться? Валяюсь тут целыми днями, так еще и заботиться обо мне нужно.