Прибыв на пункт сбора трофеев, озадачено почесал затылок, его охраняла рота немцев, видимо они всё же сделали необходимые выводы и стали усиливать охрану не только своих складов, но и места сбора трофеев. Пришлось весь день наблюдать издали за немцами, смотря, сколько их всего. Раньше тут похоже были какие то склады с ремзоной, навесов и сараев хватало, вот в одном из капитальных сараев немцы и сделали себе казарму. Хорошо, что я человек запасливый, или как в шутку говорит Фролов — ещё тот куркуль. Это я к чему, а к тому, что у меня в группе на каждого бойца было по десятку гранат, пять эфок и пять эргэдешек. Короче ничего экстравагантного я изобретать не стал, ночью сняв часовых, просто забросали сарай, переделанный немцами под казарму гранатами. Окон там хватало, так что бойцы тихо подобравшись к окнам, приготовили гранаты, а затем по команде закинули в окна по пять гранат, три эргедешки и две лимонки, после чего стали ждать. Разумеется всех немцев этими гранатами не убили, зато они, немного очухавшись, стали ползать по казарме, оказывая помощь раненым, вот именно в этот момент бойцы и закинули туда оставшиеся гранаты, после чего, примкнув к винтовкам штыки вошли во внутрь. Не глядя, они стали всех немцев тыкать штыками, так что зачистка прошла полная, ни кого живого не осталось, не помогло противнику усиление охраны. К моему удивлению и тут наших пленных не оказалось, так что пришлось нам самим разбираться с трофеями. Конечно основным были патроны, но и оружие кое какое я прихватил с собой, будто чувствовал, но взял с собой три десятка грузовиков. В итоге я взял с собой ещё около тысячи СВТ, так что можно было довооружить второй полк, вернее его пехотную составляющую. Кроме винтовок, тут нашлось ещё 11 ДШК, которым я обрадовался, а особенно тому, что пять из них были на зенитных станках, ну и 9 зенитных установок М4, это было хорошее пополнение к уже имевшимся у нас. Грузовики под них мы найдём, зато теперь точно можно будет отбиваться от немецких стервятников, теперь считай в каждом подразделении будет минимум одна зенитная установка, а то и две.

Глава 13

На обратном пути, когда мы ехали лесами, случайно наткнулись на небольшую группу окруженцев, в которой оказался военврач. Нам и среди пленных попалось несколько врачей, так что свою медчасть мы создали, и даже почти полностью укомплектовали, но лишний врач ни когда не помешает, а так добрались до себя без приключений. После того, как бригада пополнилась боеприпасами, а кроме того и отдохнула, Рудаков решил снова показать немцам мать Кузьмы, а тут и случай подходящий подвернулся. Разведка доложила, что неподалёку от нас, в поле, встал на ночёвку немецкий моторизованный полк. В составе полка был танковый батальон и почти две сотни бронетранспортёров, Рудаков, когда это услышал, чуть не облизнулся, как тот кот перед миской сметаны. Если получится захватить бронетранспортёры, то и второй полк будет полностью обеспечен бронетехникой. Немцы встали на ночлег в чистом поле, а главное, рядом не было больше ни каких населённых пунктов, так что и бой, если он всё же случится, навряд ли кто услышит. Машины, на которых приехали бойцы, оставили километрах в пяти от противника, это чтобы не насторожить его шумом моторов, и хотя сейчас ночь и звуки слышатся гораздо лучше, но лес должен был заглушить шум от двигателей машин. Дальше двинулись пешком, по узкой лесной дороге, учитывая темноту, шли не быстро, так что если днём эти пять километров можно было пройти примерно за час, то теперь понадобилось чуть меньше двух часов, но и мы ни куда не опаздывали. К месту немецкой ночёвки вышли около двух часов ночи, после чего стали осторожно окружать её. Рудаков заранее распределил бойцов, сначала разведчики дождавшись смены часовых, тут они хотели не только иметь запас времени, а то начнут снимать часовых, а тут и немцы пойдут их менять, вот и погорим на голом месте. Тут ведь не пару человек снять, полк большой и постов много, вот это и вторая причина, вдруг в ночи кого не заметили, а то вполне кто-то может встать в тень и не двигаться, вот и как его в таком случае ночью обнаружить. Вместо того, что бы искать всех часовых самим, немного подождали и противник сам показал нам все места, где они стояли, так что выждали после этого с час, что бы все успокоились, а затем разведчики принялись ножами резать часовых. Начали с тех, что караулили бронетехнику, это сделали потому, что если вдруг что сорвётся и поднимется тревога, чтобы немцы не смогли её привести в боевое положение. Как только у техники сняли часовых, так к ней сразу устремились наши бойцы. У нас набралось безлошадных танкистов, а тут появилась возможность дать им танки, пускай трофейные, но на безрыбье и рак рыба. Разумеется заводить танки и бронетранспортёры не стали, так мы сразу разбудили бы всех немцев, просто в танки полезли сформированные экипажи, а в бронетранспортёры водители и пулемётчики, так что если что, они сразу заведут бронетехнику и вступят в бой. Кстати все танки этого батальона оказались немецкими, Т-3 и с десяток Т-2, более мощных Т-4 не оказалось, но и такие танки были встречены на ура.

Дело в том, что кроме своих танков, Т-2, Т-3 и Т-4, немцы активно использовали трофейные чешские танки LT vz.38, которые в итоге были в вермахте под названием Pz.Kpfw.38(t). Эти танки по своим характеристикам соответствовали немецким Т-3 ранних модификаций, и на середину 1941 года в вермахте было около 1000 таких танков. Их массово выпускали до середины 1942 года, в том числе и для Словакии, а кроме того их небольшое количество было также поставлено в Болгарию, Румынию и Венгрию.

Дождавшись, пока разведчики не снимут всех часовых, Рудаков отдал команду начинать зачистку. Бойцы тихонько распределялись среди спящих немцев, правда немцы спали в палатках, которые быстро поставили вечером, поэтому сначала надо было в палатку зайти. Окружив палатки с противником, бойцы разделились, пока пара человек с ножами должна была туда проникнуть и начать резать спящих немцев, другие бойцы снаружи должны были их страховать. Дождавшись, пока в небо не взлетели сразу две ракеты, красная и зелёная, бойцы стали резать спящих немцев. Чисто сработать не удалось, тревога всё же поднялась, но к тому моменту около половины немцев уже были убиты, а остальные вскакивали спросонья и в первый момент не всегда понимали, что происходит, а кроме того ещё надо было схватить своё оружие. В итоге выстрелы всё же прозвучали, причём достаточно много, но немцам это мало помогло. Бойцы, бывшие в палатках, когда поднялась тревога, сразу рванули из них наружу, причём валя опоры палаток, после чего страховавшие их товарищи, открывали огонь по ворочающимся под тканью палаток фигурам. Конечно палатки попортились, но не критично, дырки от пуль можно было легко зашить, зато бригада получала хороший трофей в их виде. Осень уже не за горами, так что палатки пригодятся самим, землянки конечно лучше палаток, вот только их отрывают в долгосрочной обороне, а если ты активно передвигаешься, то палатки самое то. Когда рассвело, Рудаков осматривал богатые трофеи, кроме бронетехники и палаток, нам достались грузовики, больше сотни штук, а бойцам немецкие котелки и фляжки, так как не все из них ещё их имели, зато теперь они были абсолютно у всех. И ведь котелок с фляжкой вроде бы, как мелочь, пустяк, на боеспособность бойца прямо не влияет, а в жизни без них трудно. Тут и не попьёшь, когда пить захочется и при приёме пищи приходится ждать, когда освободится небольшой запас посуды при кухне, а то при большом количестве бойцов, ждать можно пару часов, если все они без своей посуды. С трудом наскребли водителей, но с собой забрали всю технику, а Рудаков приказал снова набрать пару сотню бойцов и учить их водить транспорт.

Отъехав в сторону на пару десятков километров, перекрыли другую дорогу и тут подловили немецкий пехотный батальон, который раскатали сходу. Под видом немецкой колонны приблизились, после чего бронетранспортёры и танки открыли шквальный огонь по немецкой пехоте. Пулемётные очереди буквально выкосили вражеских пехотинцев, а бригада сразу двинулась дальше, причём прямо по этой дороге и вскоре встретила транспортную колонну под охраной пяти бронетранспортёров и двух наших трофейных танков Т-26. Немцы даже уже успели их перекрасить в серый цвет и нарисовать на них свои кресты. Бронетехнику сожгли, а грузовики с грузом захватили и не зря, оказалось, колонна перевозила топливо. Учитывая нехватку водителей, для экономии времени, просто пересадили их с пустых машин на захваченные с топливом, а старые подожгли. Как ни жалко было трофейных грузовиков, но всё взять с собой мы не могли, а оставлять их противнику в целости и сохранности глупо, вот и уничтожили их. Мы ещё пару часов двигались по этой дороге уничтожая всех, кого встречали по пути и только когда доехали до перекрёстка с другой дорогой, которая вела к достаточно большому лесному массиву, съехали с неё. Разумеется немцы быстро спохватятся, так что нам надо было теперь побыстрей уносить отсюда ноги. Мы успели считай в последний момент, озверевшие немцы подняли авиацию и в лес мы въезжали уже под попытки немцев нас штурмовать с воздуха, но наша мобильная ПВО не дала им возможности делать это прицельно, так что мы считай отделались лёгким испугом. Рудаков понимая, что стоять на месте нельзя, отъехал на пару десятков километров, где и встал на привал. Бойцов покормили, а затем они все легли спать и в первую очередь водители, а в 10 часов вечера бригаду подняли, снова покормили и мы тронулись в путь. Пока ночь и темно, надо было уехать отсюда подальше. Около 3 часов ночи выехали из леса и рванули по дороге, в итоге к рассвету мы въезжали в следующий лесной массив. Тут сделали короткую остановку, только оправится бойцам и дозаправить топливом технику, после чего снова тронулись в путь и только во второй половине дня, когда и этот лес почти проехали, встали на привал. Водители буквально валились с ног, так что Рудаков приказал им сразу отдыхать, а те мигом растянулись спать в кабинах своих машин. В середине вечера снова тронулись в путь и ехали всю ночь, но зато гарантировано оторвались от противника и уже под утро встали на отдых на краю следующего леса. Пока бригада отдыхала, разведка под видом немецких групп рванула по сторонам, и около шести часов дня Рудаков получил известие о приближении большой немецкой части.

В связи с действиями нашего героя, по крайней мере на Украине всё перемешалось и немецкие части уже не действуют там и тогда, как это было в реальной истории.

Для наведения порядка в своих тылах, 25-я моторизованная дивизия вермахта, генерал-лейтенанта Эриха Клёсснера была снята с фронта и брошена на поиск и уничтожения русского подразделения громящего немецкие тылы. Впереди двигался 35-й моторизованный полк, а прямо перед ним 25-й мотоциклетный батальон. За ними на расстоянии в несколько километров двигался 119-й моторизованный полк, а уже за ним остальные подразделения дивизии.

Место для боя и засады оказалось очень удачным, дорога на протяжении нескольких километров шла вдоль не очень большого леса, примерно на расстоянии метров в 400 — 500 от самого леса, а как раз в этом лесу и встала на отдых бригада Рудакова. Быстро сориентировавшись, Рудаков расставил всю свою артиллерию вдоль опушки леса, в том числе и миномёты, а кроме того все станковые пулемёты бригады. Для артиллерии и миномётов полкилометра не расстояние, да и для станкового пулемёта тоже, правда стрелять он в этом случае будет в основном в ту степь, всё же для прицельной стрельбы на такое расстояние нужен уже оптический прицел. Дождавшись, пока немецкая колонна достигнет конца засады, Рудаков отдал приказ на открытие огня. Почти две сотни орудий и сотня миномётов, превратили небольшой участок дороги в локальный филиал ада. Даже относительно небольшие снаряды сорокопяток обильно собирали свою долю кровавой жатвы. После нескольких минут обстрела, вперёд двинулись танки и бронетранспортёры бригады, быстро доехав, они принялись своим огнём добивать солдат противника. Хотя бронетранспортёр с рацией был достаточно быстро уничтожен, однако он успел сообщить штабу дивизии о нападении и наши радисты этот момент откровенно прозевали. Да, наличие у нас довольно мощных раций позволяло нам забивать радиосообщения немцев, если радисты успевали обнаружить их волну, но в этом случае они обнаружили немецкую волну слишком поздно.

Получив сообщение о нападении на свой передовой полк, генерал-лейтенант Клёсснер приказал 119-му моторизованному полку немедленно ускорится и придти на помощь своим камрадам, правда первыми им на помощь рванул 25-ый разведывательный батальон, однако всё оказалось в итоге напрасно. Наша разведка не высовываясь, тщательно всё отслеживала из леса, и о появлении новый немецких частей немедленно сообщила в штаб бригады. Рудаков используя топографию местности, немедленно приказал перекинуть все орудия и миномёты на опасный участок. Этот лес был не очень большим, а мы как раз оказались на его краю, где он загибался. Так получилось, что на месте засады дорога шла вдоль леса несколько километров, но как раз у её начала, лес загибался, и дальше начинались большие свободные от леса поля. Вот туда и была экстренно перекинута вся артиллерия. Только мы успели установить на новых позициях орудия, причём тут они стояли чуть ли не в притык друг к другу, как показался противник. Подпустив его метров на триста, артиллерия и миномёты снова открыли шквальный огонь по противнику не жалея боеприпасов. Передовые части немцев просто скрылись в облаках многочисленных разрывов. В это время и наша бронетехника закончила добивать передовой немецкий полк, и хотя наверняка там было ещё достаточно выживших, но вот ожидать от них удара нам в спину можно было не боятся. Тем временем наша артиллерия начала переносить свой огонь вглубь немецкого построения, а тут и подоспели наши танки с бронетранспортёрами. Первыми шли рассыпавшись в линию наши танки, а на небольшом удалении от них уже бронетранспортёры с десантом. Хотя у немецкой дивизии и была своя артиллерия, вот только она двигалась далеко позади, и сейчас немцам было просто нечего противопоставить нашим танкам.