Время второго раунда пришло в период Наполеоновских войн. Тогда Франция и Россия сражались на континенте, а британцы под шумок захватывали во всем мире, все, что «плохо лежит». В основном грабили Голландию, отбирая у нее заморские колонии. Отдавая предпочтения при этом стратегическим точкам. Англичане захватили Южную Африку, Сингапур с частью малайских княжеств вокруг пролива, Цейлон, Индию, Австралию с Тасманией и Новую Зеландию ( Зеландия — одна из провинций Нидерландов).

Естественно, что такую стратегическую территорию, как южная оконечность Южной Америки, включая проливы, англичане тоже решили обязательно подгрести под себя. Был разработан следующий план: высадиться в заливе Ла-Плата, захватить Буэнос-Айрес, затем взять внутреннюю провинцию Мендосу и использовать захваченную территорию в качестве плацдарма для подготовки интервенции в Чили, после которого настал бы черед богатого Перу.

Захват Буэнос-Айреса был ключевой частью этого плана — ведь он позволял закрепиться на чужой территории. Город казался британцам легкой добычей — здесь был расквартирован всего один испанский полк, который нельзя было считать полностью боеспособным по причине некомплекта: многие офицеры вскоре после прибытия из метрополии выходили в отставку, поскольку обнаруживали, что здешняя торговля и разведение скота приносят большие прибыли, чем государственное жалование, а солдаты массово дезертировали, пользуясь тем что на бескрайних просторах континента найти их было невозможно, зато сами они всегда могли найти, чем им заняться.

Кроме того, британцев обнадеживали резко обострившиеся к началу XIX века противоречия между родившимися в колониях белыми креолами и испанскими властями.

Как только Испания вышла из британской коалиции против Франции и заключила мир с французами, час пробил.

23 июня 1806 года британский экспедиционный корпус численностью в тысячу семьсот человек высадился на побережье, а 27 июня британцы под развевающимися знаменами бодро вошли в Буэнос-Айрес, практически не встретив сопротивления. Британское вторжение не было совсем уж неожиданным — его ждали, только не знали, когда именно оно произойдет, и англичанам удалось застать портеньос врасплох.

Вице-король маркиз Рафаэль де Собремонте, роняя тапки, в панике бежал в Кордову, прихватив с собой казну. Впоследствии он пытался оправдать свое бегство необходимостью спасения казны, которую он, к слову, до Кордовы не довез (оставил в ближайшей Лухане, где ее позже захватили британцы), но портеньос ему подобной трусости так и не простили.

Но испанцы и креолы принципиально не хотели подчиняться англичанам. Помимо прочего портеньос опасались (и весьма резонно) конкуренции с британскими торговцами, которые должны были нахлынуть сюда следом за солдатами. Да и вообще оккупация разрушала привычный ленивый уклад жизни и обрывала сложившиеся связи с другими провинциями.

Капитан Сантьяго де Линье — француз, служивший испанской короне и женатый на представительнице одного из богатейших семейств Буэнос-Айреса, — набрал тысячу двести ополченцев, с которыми, после ожесточенных уличных боев, вскоре выбил англичан из столицы вице-королевства.

Праздновать победу было рано, ведь настойчивые британцы никогда не отказывались от задуманного после первой неудачи. Линье, которого совет городских авторитетов (кабильдо) назначило главнокомандующим вооруженными силами и военным губернатором, вооружил все мужское население Буэнос-Айреса и пустил весь имевшийся в городе свинец на отливку пуль. Не хватало не только пуль, но и пороха, но им поделились с портеньос жители других городов. Вице-король Собремонте, не рискнувший вернуться в столицу, где его жестко презирали и не желали видеть, обосновался в Монтевидео.

И надо же было такому случиться, на горе этого «мистера Удачи», что именно Монтевидео стал следующей целью британцев, которые не рискнули повторно сунуться в Буэнос-Айрес, стараниями Сантьяго де Линье превращенный в грозную крепость.

3 февраля 1807 года пятнадцать тысяч англичан с моря и суши атаковали Монтевидео, который защищало около пяти тысяч человек. Включая городское ополчение. Тут надо напомнить, что двадцать тысяч британских солдат сумели захватить многолюдную Индию. А здесь население было намного меньше, но все равно англичане прислали сюда целую армию. Даже больше, так как армией в колониях считались отряды общей численностью 1,5–2 тысячи бойцов. А тут произошло целое нашествие.

К следующему утру город был взят. Успех внушил британцам надежду на то, что своими громадными силами они смогут взять и Буэнос-Айрес. Но враги не оценили решимости аргентинского народа.

1 июля Линье попытался разгромить превосходящих по численности англичан на подступах к Буэнос-Айресу, но потерпел неудачу и был вынужден отступить в город. Во время борьбы с британскими интервентами разношерстные аргентинские повстанцы, чтобы сразу узнавать своих сторонников, украшали себя белыми и голубыми лентами. Впоследствии белый и голубой цвета, ставшие символом движения за независимость, составили государственный флаг Аргентины и были включены в герб страны.

Вскоре начался штурм города. На этот раз портеньос сопротивлялись ожесточенно. Как сказал один из очевидцев тех событий, «каждый ярд продвижения оплачивался жизнями двух британских солдат».

Потери англичан и впрямь были огромные — во время продвижения к центру города они потеряли более тысячи человек. Интервенты гибли не только от пуль и сабель, но и от кипятка и кипящего масла, лившихся на них с крыш. В центре британский медведь угодил в яму-ловушку. Не сопротивляться, не убежать. 7 июля захватчики были вынуждены капитулировать.