Были у меня опасения, что с этим железным чудом-юдом таким образом справиться не выйдет, но нет. Птица дёрнулась и затихла, с немым укором не мигая уставившись на меня своими багровыми глазами, которые слегка потухли.

Долго задерживаться возле неё не стал, помня, что бой ещё не закончен, и прямо сейчас Астра с Никой могут быть в опасности, и помчался им на помощь. И вовремя!

В центре зала сломанной куклой лежала Ника, а Астра стояла рядом с ней, и удерживала телекинезом сразу трёх птиц, нависающих над ними. Ноги девушки дрожали, и было ясно, что долго она их держать не сможет.

Я взревел от ярости, и бросился к ним почти обезумев. Мне показалось, что Ника уже не дышит. Через долю секунды я оказался на спине ближайшей птицы, и чуть не оторвал ей голову, ломая шею, и сразу же перепрыгнул на следующую.

В общем, уязвимое место я у них нашёл, но вот только дальше остальные птицы так подставляться перестали, и на контактный бой больше не шли, предпочитая атаковать с дистанции своими странными перьями.

Ника же, к счастью, оказалась жива, но вот в ближайшее время она была нам не помощник.

– Как это вышло? – мрачно спросил я у стоявшей рядом Астры, и глядя на абсолютно белое лицо нашей ледяной принцессы, лежавшей на полу, и державшейся двумя руками за живот, из-под которых сочилась кровь.

– Когда ты улетел от нас с той птичкой, одна из птиц рванула к ней. Она успела дохнуть на неё ледяным дыханием, вот только оно на неё не подействовало, и эта железная дрянь воткнулась клювом ей в живот. Я уже думала, что она не выживет, – хлюпнула носом под конец Астра, опускаясь на колени рядом с подругой.

– Её срочно к врачу надо, иначе она действительно может долго не протянуть, – вздохнул я, – И надо убираться отсюда. Здесь мы под ударом находимся. Надо найти помещение поменьше и позащищённее.

– Я даже не уверена, можно ли её вообще двигать, – пробормотала опекунша, осторожно кладя голову подруги себе на колени.

– Всё нормально… – вдруг тихо прошептала та, – У меня очень сильная регенерация. Скоро я и без врача приду в норму. Но дня три мне нужно быть в покое. Перенести меня можете, только постарайтесь не трясти.

– Тогда уходим, – принял решение я, – Предлагаю вернуться в съёмную квартиру. Там наши вещи. Нику я на руках понесу.

– Только не забудьте с собой с собой еды набрать побольше, – оживилась слегка та, – У нас там совсем нечего есть.

– Блин! Ещё секунду назад умирала, а уже опять о еде думает! – аж как-то восхитилась Астра сквозь слёзы, – Она неисправима…

– Добила? – поинтересовался я у выскочившей из подъезда девушки, и быстро перебежавшей в мой.

– Да, – выдохнула она, – Всё-таки когда они на земле с ними довольно легко справиться. И всё же, как же они нас находят? Такое чувство, как будто на ком-то из нас маячок, по которому они нас выслеживают. Ну ведь три квартиры сменили уже, и всё равно они опять нас нашли!

– Нужно в подвал перебираться, – заметил я, – Там им сложнее будет нас атаковать. Стены квартир их перья без проблем прошивают. Рано или поздно они в нас попадут. Мы два дня не спим уже почти. Скоро свалимся.

– Фу… Там же воняет, – поморщилась девушка, не забывая опасливо поглядывать на небо.

– Ничего. От этого ещё никто не умирал! – отрезал я, – Надо будет только провести туда электричество и холодильник перетащить. Мыться же будем ходить в какую-нибудь из квартир. И делать это надо как можно быстрее! Сама знаешь, что много времени нам не дадут. Эти твари не позже, чем через час, вернутся.

– Тогда побежали, – вздохнула Астра, – И надо бы ещё в магазин успеть. Мелкая ест как не в себя. Похоже, её организм сейчас требует колоссальное количество энергии для восстановления. Странно… Я была уверена, что при ранениях в живот вообще есть нельзя какое-то время, ей же всё ни по чём…

– Ну, так она ничего и не ела в тот день, когда получила рану. Видимо, этого времени ей хватило, – уже на ходу заметил я, – Ищи электротовары заодно. Надо удлинителей набрать. Или переноску. Ещё лампочки нужны.

Астра уже не слушала, умчавшись вперёд, я же спешил за ней, на ходу пытаясь сообразить, что нам ещё надо для комфортной жизни, и думая о том, рассказывать им о том, что мне сказал Арх или нет, и если да, то как объяснить, откуда я всё это знаю?

– Боюсь, вряд ли вам поможет переезд, – подал тут голос он, как будто почувствовав, что я о нём думаю, – То, что стимфалийские птицы всегда знают, где мы находимся, лишь подтверждает мою теорию о том, что всё это является чем-то вроде испытания для кого-то нас, и есть весьма могущественный некто, который стоит за всем этим, и наблюдает за нами, уж не знаю, с какой целью. Уверен, что если птицы не смогут до вас добраться, то придёт кое-кто другой, и как бы это не было даже хуже…