Дорога смазывается перед взглядом. Управляю автомобилем словно не понимая, что творю, а сам думаю о Соне.

Старик, она тебя нарочно провоцирует, говорю себе, скрипнув зубами.

«Пусть провоцирует, нам это нравится!» — возражает внутренний голос.

Кстати, тот же самый, что постоянно ехидничает насчет Алины, в вопросах, касаемых Сони, он целиком и полностью оказывается благодушным и готов котом виться у стройных ножек малявки!

«Можно спровоцировать эту зажигалочку в ответ и посмотреть, что выйдет. Она уже совершеннолетняя… У нее такой ротик! Созданный для греха...» — продолжает вещать на полную мой внутренний голос.

— Заткнись уже! — говорю вслух.

Дожил.

Сам с собой спорю. Вслух разговариваю!

Чтобы забить мысли ерундой, включаю радио погромче!

И ни черта не помогает.

Я люблю музыку, чувствую ее кожей, она в моей крови и в каждой ритмичной пульсации начинает извиваться силуэт полуобнаженной Сони в той самой смешной, но сексуальной пижамке с чертовски короткими шортиками.

Вижу, словно наяву, как она трясет своей попой!

Тунц-тунц-тунц… Издевательство какое-то!

— Надо запретить покупать ей такую одежду! — ворчу, признав поражение.

Впереди мелькают огни взлетной полосы. Телефон потренькивает настойчиво.

— Алина звонит, — говорю сам себе.

Все, надо встретить дочку и не думать о ее сестре!

Но план оказывается провальным…

Потому что дочка, повиснув на шее, обнимает меня и вместо того, чтобы трещать об удавшемся отпуске, начинает заваливать меня вопросами о Соне.

Чем она занята? Почему я приехал вместо нее? У меня же много работы, неужели Соня снова подвела всех кругом… Как она вела себя?

— Приедешь домой, сама и спроси у нее, как дела! — говорю резковато.

— Она с тобой поссорилась? Вела себя дерзко?

— Нет, все путем. Были разногласия по поводу вечеринки, но они улажены, — заверяю Алину.

— Я поговорю с Соней, — авторитетно заявляет она. — Не обижайся на нее, папуль! Она еще такая мелкая и просто ревнует, что мы с тобой проводим много времени. Раньше мы всегда все делали вместе…

— Хм. Вот как? — спрашиваю удивленно.

— Конечно, па! Пока мама раскручивала очередного хахаля на ресторан или поездку, мы с Соней были одной командой.

Черт! А о таком варианте я даже не подумал… Неужели в этом и есть настоящая причина Сониного упрямства?!

— Тогда я не буду вставать между вами.

— Па, ну ты чегоооо?

— Просто меня, наверное, стало слишком много в вашей жизни…

— В самый раз! — заверяет меня Алина.

— Спасибо, золотце. Но сегодня я воздержусь от длительного визита. К тому же надо забрать сестру. Она находится у вас в гостях, болтает с Соней.

— Как зовут твою сестру? Сколько ей лет… Чем занимается? — заваливает меня вопросами дочка.

Аллилуйя, я могу переключиться с мыслей о Соне на свою сестру и говорю о ней с теплом, в глубине души чувствуя вину за небольшой разлад, произошедший по моей вине.

Сам-то я выступал много и активно против, когда Марика только начинала крутить роман с Алексом, своим мужем. Он попросил меня приглядеть за ней, пока решает вопрос с отцом.

Если Александр снизошел до звонка и личной просьбы, значит, дело серьезнее, чем могло показаться Марике. Поэтому я не должен ругаться с сестрой, тем более в момент, когда ей до родов осталось всего ничего…

— А что насчет тебя, Лин? — спрашиваю я, втиснув свой вопрос в небольшой просвет между вопросами, которыми засыпает меня дочка. — Как прошел твой отдых?

— Я чувствую себя так, словно заново родилась! Так шикарно отдохнула и больше никакой боли в шее, — улыбается мне лучисто. — Ой, мы уже приехали! Я так соскучилась по дому!

Я и сам не заметил, как мы оказались возле дома девочек.

Алина выскакивает первой из машины, оставив мне честь занести все ее чемоданы домой.