Шрифт:
Выпускаю скопивший пар. Никто не услышит…
— Алина жутко деятельная, — слышится вздох. — Сама от нее иногда устаю.
— Кхе! Кхе! — подавившись сигаретным дымом, кашляю.
До слез в глазах!
— По спине постучать? — спрашивает с деланным участием Соня.
Соня, млин! Соня… Кто же еще!
Откуда она только взялась?!
— Соня?! — спрашиваю сдавленно.
Она занимает место за столиком и выставляет острые локти, опершись подбородком на сомкнутые руки.
— Да, это я.
— Алина говорила, что ты к подруге уехала, с ночевкой.
Поневоле в мой голос прокралось неодобрение, с которым я ничего не могу поделать!
Просто слишком хорошо знаю эти «ночевки у подружек», на которых обязательно появляются их парни, выпивка и парочка косячков…
Я категорически против!
Но ничего поделать не могу, ведь Алина за старшую, она разрешила Соне уйти, сказала, что доверяет…
— Я хотела остаться с ночевкой, — хмурится Соня. — Но мне пришлось уехать!
— Почему?
— Потому что там Макар зажигает в спальне с новой мымрой!
Ага, ясно. Значит, я не ошибся в своих предположениях.
— Пусть отжигает. Тебе-то что… Хотела оказаться на ее месте?
— Даже если так, то что? — спрашивает с вызовом.
— Ничего.
Я заставляю себя сказать именно так, игнорируя краткое потемнение перед глазами и желание свернуть шею Макару…
Это просто смешно, ревновать малявку к такому же, как она.
Что? Неужели это ревность?
Если ревную, то я круто попал… И Соня, как назло, постоянно дает о себе знать, выводит.
Нарывается! Показать ей, на что нарывается?! Показывал же.
Но она снова выводит меня из себя.
Понравилось, что ли? Хочет добавки?
Глава 13
Демьян
Я тоже много чего хочу в отношении этой девчонки.
Пугающе много.
Меня настораживает то, что я испытываю ревность.
Она слишком ядовитая и дотошная, мне несвойственная.
— Ты меня злишь нарочно.
— Не читай мне нотации. Ты не отец и даже не отчим! — мгновенно обозлилась Соня.
— Не хочешь слушать нотации? Тогда не находись рядом со мной. Дом там, — киваю в сторону.
Соня вскакивает обиженно, но потом садится обратно.
— Не хочу.
— Вот как.
— Да! И не ухмыляйся так. Ты тоже там находиться не хочешь. Да? Тебя никто не заставляет быть папашей. Ты и так сделал очень многое, больше, чем все мамины хахали, вместе взятые. Даже денег даешь. Может, именно этим и ограничишься? Будешь кидать подачки на карту и жить так, как привык?! Не появляясь здесь.
Я тушу окурок подошвой туфлей и следом закуриваю еще одну сигарету.
Нервное напряжение после целого дня в компании Алины уступило место мыслям о Соне. Не могу сказать, что приятные мысли.
Соня говорит со мной так, как я давно ни с кем не разговаривал. Привык иметь дело со взрослыми, а они, как известно, хорошо прячут свои эмоции и мысли, знают цену сдержанности и вежливости.
Соня еще этому не научилась, она оголенный нерв, от которого меня потряхивает.
Ее слова о подачках меня задевают.
Я же от души это делаю. От всего сердца, она мне туда плюет смачно.
— Подачки? Хорошо. Значит, тебе мало. Сколько?
— Что сколько?
— Сколько денег ты хочешь? — кручу зажигалку между пальцев. — Сотню тысяч? Две? Три? Подарить тебе машину? Снять хату, чтобы ты не чувствовала себя обделенной вниманием? Давай, девочка, жги. У тебя длинный острый язык, так пусти его в ход!