Но если она не приедет, то… мне идти некуда!

Доведенная до отчаяния, я даже провернула в своей голове мысль, пробраться тайком в старый дом, незаметно, используя одну из старых лазеек.

Но потом вспомнила слова Алины и поняла, что она могла не только замки сменить, но и все лазейки прикрыть так, что от них не осталось ни следа!

Может быть, Алина уже остыла и пустит хотя бы переночевать?

Ладно, была-не была. Наскребла денег на такси и направилась к машине с шашечкой на парковке.

Мужчина-таксист заметил меня почти сразу же, приободрился, спустил окно вниз.

— Куда? — спрашивает деловито.

Не успела назвать адрес, меня окликнули.

— Соня! — раздается знакомый мужской голос.

По спине ползут мурашки.

Демьян?

— Садись в машину! — приказывает жестким тоном.

— Простите, за мной уже приехали, — отхожу от такси торопливо и оглядываюсь словно воришка.

— Сюда иди! — командует Демьян.

Кажется, он зол и ничуть не рад. Лицо темное, волосы в беспорядке и футболка мятая. Он чаще всего одет именно так, в свободном стиле, но гораздо аккуратнее.

Выглядит измотанным, уставшим. В карих глазах ни тени веселья. Он на взводе…

Я тоже завожусь в ответ.

Понимаю: лучше не злить. Но получится ли не сказать ничего в ответ, потому что Демьян явно настроен отчитать меня…

Подхожу, остановившись перед ним.

От Демьяна вкусно пахнет согревающим парфюмом и чуточку табаком.

Я чувствую себя грязной на его фоне. В больнице единственный на весь этаж душ сломался…

От меня за километр несет больницей и волосы на голове выглядят отвратительно засаленными у корней. Я вся отвратительная, грязная и проблемная.

Как бездомный блохастый вонючий питомец.

Готова от стыда под землю провалиться. Выдавливаю из себя лишь короткое, с вызовом:

— Че?

— Да ниче, — усмехается. — Как самочувствие?

— Хорошо.

Рука неосознанно тянется вверх, чтобы распушить волосы и прикрыть синяк, уже пожелтевший.

— Поехали, — кивает на машину.

— Куда?

Сердце в горле подскакивает вверх.

— Есть разговор. Наверное после больницы тебе хочется привести себя в порядок и отдохнуть немного, потом поговорим.

— Я в порядке. С тобой никуда не поеду. Отчим мне не нужен! Оставь воспитание и подачки для своей дочери!

В ответ он выдает короткий матерок.

— Отлично, — складывает руки под грудью.

Я пытаюсь не пялиться на то, как красиво футболка облегает его мышцы.

— Что будешь делать дальше? — спрашивает напористо.

— Жить самостоятельно! Я уже взрослая.

— Я могу узнать немного подробнее планы самостоятельной взрослой девушки?

У меня начинают дрожать губы. Как в детстве, когда собиралась скатиться в рев. Прикусываю щеку, пока не разливается металлический привкус.

— У меня все под контролем, — говорю как можно беззаботнее. — Я не хочу жить в старом доме и уже договорилась съехаться с подругой! Мы нашли хорошую квартиру.

— Быстро ты решила квартирный вопрос. Что у тебя с финансами?

Впиваюсь ногтями в ладонь. Он, что, всю мою жизнь хочет под микроскопом разглядеть?!

Чтобы потом носом ткнуть в несамостоятельность?!

Я все смогу!

— Я все решила. Завтра же переведусь на заочку и пойду работать.

Я проглатываю часть слов и фактов.

Факт в том, что меня только в Мак-Дональдс возьмут. В лучшем случае.

Буду пахнуть как жареная картошка и чизбургер, научусь тараторить длиннющие заказы с улыбкой, от которой сводит щеки.

— Вижу, ты все продумала, — кивает.