Флоренс не позволила себя запугать. У этого мужчины было больше связей с влиятельными людьми, чем у нефтеперерабатывающего завода со шлаком11, но это не могло ее разубедить. Если он был Королем преступного мира Старого Дортама, то Ари — его рыцарем-чемпионом, а значит, Флоренс — ее пажом12. А Короли в сказках никогда не убивали второго своего чемпиона.

— У меня посылка от Белого Призрака. — Флоренс сняла с плеча сумку и протянула ее.

— Посмотрим, какие подарки ты мне сегодня принесла. — Луи ткнул костлявым пальцем, и двое мужчин забрали у Флоренс сумку. Они поставили ее у подножия кресла Луи, облокотившись на спинку. Носком остроносого сапога он раскрыл саквояж. Его глаза засверкали, как металлический натрий в воде.

Луи потянулся вперед, проносясь вниз, как хищная птица. Он поднял один из трех золотых баллонов, все еще такой холодный, что в тусклом и прокуренном воздухе салона вился туман.

— Ну разве это не прелесть? — Он повернул канистру и передал ее другому своему лакею. У этого мужчины были малиновые глаза и черный символ двух треугольников, соединенных линией, на щеке — Алхимик. — Ну что?

— Премиальные реагенты, в хорошем состоянии, — подтвердил мужчина.

— У вас были какие-то сомнения? — Флоренс сложила руки на груди.

— В моей работе всегда нужно проверять. — Луи усмехнулся над ее надменностью. — У меня есть другая работа для твоего мастера.

— У моего мастера уже есть дело.

Он вздохнул в насмешливой обиде. По крайней мере, Флоренс надеялась, что это было притворство.

— С кем это Белый Призрак мне изменяет?

— Не думала, что у вас все так серьезно, — добродушно ответила Флоренс.

— Назови цену этого другого выскочки. Я удвою ее. — Луи откинулся в кресле, пока Алхимики выносили реагенты из комнаты. Флоренс было не по себе, когда она выпускала их из поля зрения до того, как они были оплачены.

— Боюсь, это то, чего у тебя ничего не выйдет.

— Девочка, ты знаешь, кто я? — Он вцепился в подлокотники своего кресла так же медленно и крепко, как произносил слова.

— Луи, мы работаем вместе всего год, — ярко сказала Флоренс, так сладко, что у мужчины заныли зубы. — Я хорошо знаю, кто ты такой. Но для Призрака эта работа — личная.

— Я никогда не слышал, чтобы Призрак испытывал чувства. — Луи прищурил глаза. — Значит, печально известный воровской Призрак Дортама все-таки из плоти и крови.

Сейчас Флоренс нужно было действовать осторожно. Арианна строго следила за тем, чтобы никто не знал ни ее личности, ни чего-либо о ней. В тех случаях, когда кто-то решал нахамить и проследить за Флоренс до квартиры, Ари перехватывала его и быстро разила кинжалами, оставляя тело в Меркури в качестве предупреждения.

По правде говоря, даже Флоренс мало что знала о своей благодетельнице. Она не могла с уверенностью сказать, что «Арианна» — настоящее имя Белого Призрака. Но, в отличие от остальных, для Флоренс истина не имела значения. Она не пыталась играть в детектива. Она была довольна своей жизнью и готова была узнать все, чему могла научить ее эта женщина. Единственное, что получал человек, взбаламутивший реку, — это грязь; Флоренс предпочитала чистые руки.

— Ральф, — позвал Луи через всю комнату. — Ты слышал, чтобы Призраку нужно было заниматься личными делами?

— Не могу сказать наверняка, — ответил Ральф. Он знал, кто оплачивает его чеки, и это означало, что ему придется подыграть.

— Как интересно. Значит, Призрак все-таки Фентри.

Флоренс промолчала, ожидая, пока Луи устанет от бесполезных рассуждений.

— Возможно, если он сам придет, мы сможем заключить сделку, по которой он станет моим гостем. — Луи не пытался сделать это уже несколько недель.

— Не думаю, что Призрак в ближайшее время будет работать на кого-то одного, — ответила Флоренс, как делала почти каждый раз. — Итак, триста данка?

— Теперь я понимаю, почему Призрак выбрал тебя, Флоренс; ты очень черствая, когда дело доходит до того, чтобы выдать его истины. — Луи махнул рукой с самодовольной ухмылкой. Флоренс не вела никаких переговоров, и они оба это знали.

— Мой Мастер хорошо меня научил. — Флоренс наблюдала, как лакеи Луи наполняют сумку Ари тремя бумажными пачками. Она хорошо знала, как выглядит пачка в сто данков, и не думала, что Луи станет их тратить. Это было не в его интересах. А если Король Луи чего и не делал, так это того, что не приносило ему прямой выгоды. — Боюсь, меня нельзя купить.

— Это первое правило, Флоренс: каждого можно купить. Что она может дать тебе такого, чего не могу дать я? — Луи улыбнулся, несколько зловеще изогнув губы. Вопрос носил откровенно сексуальный характер.

Флоренс не придала этому значения. Пусть думают, что она любовница Призрака. Для нее это не имело никакого значения, а для Луи это помогало поддерживать иллюзию, что Призрак — мужчина. Чем дальше он был от истины, тем лучше. К тому же они с Ари все равно спали в одной постели. — Определенный тип знаний.