Вновь начав кашлять, в этот раз старику потребовалась целая минута, чтобы прийти в себя. Мы с эльдаркой переглядывались, вежливо сохраняя молчание, пока Двенадцатый не придёт в себя.

— … Благодарю вас. Я бы давно уже покинул эту оболочку и принял бы новую жизнь в камне душ, но ситуация на корабле и так шаткая. После нескольких… внутренних конфликтов, власть нашего рода пришла с очень большой ценой. Мы не наслаждаемся влиянием, а просто поддерживаем внутренний порядок. А потому, несмотря на все раны, я должен жить, ибо с моей гибелью придёт лишь больше смертей. Хрупкий мир треснет, и старые кланы вспомнят про свою вековую вражду. Моя жертва ничто по сравнению со спасением тысяч, — хриплым, явно уставшим голосом произнёс старик.

Однако главное, что я, кажется, понял, к чему он ведёт. И если так, то тема разговора действительно деликатная.

— Прекрасно понимаю вас, — кивнув, ответил я. — Сам придерживаюсь принципа, что жизнь любого разумного невероятно цена, и пусть многие грешники достойны лишь справедливого наказания, однако всегда есть то светлое, что нужно защищать до самого конца. Ради будущего человечества и всей галактики, даже жизнь одного является вполне допустимой жертвой. В наши времена уже умерла надежда на светлое будущее, а потому сражаться за её возрождение буду до последнего.

Хотя за закрытой маской болезненного эльдара не было видно его лицо, однако мне почему-то стало кристально ясно, что тот сейчас улыбался.

— Я рад, что мы думаем похожим образом.

...

Путешествие в Паутине во многом походило на то же странствие в обычном Имматериуме, однако отсутствие всевозможных угроз и необходимости возвращаться в материальный мир для охлаждения генератора Полей Геллера, отдыха команды и проверки маршрута, сильно уменьшали время, необходимое для путешествия. То, что в обычном пространстве заняло бы месяцы странствий в холодной пустоте.

Правда, если корабль ксеносов просто так появится в столице сектора, то проблем будет не избежать. Высока вероятность, что Имперские силы просто ударят по миру-кораблю, нарушившему соглашения о допустимых точках появления. И будут правы, если честно — от подобных Сцинтилле стратегических точек зависят жизни десятков триллионов людей.

Так как люди и эльдары понимают бессмысленность вражды, то два вида просто стараются не трогать друг друга. Вообще-то, всем плевать, что делают длинноухие, так как они почти никогда не нападали на Империум напрямую, даже в случае агрессии со стороны людей.

Ключевое слово — напрямую.

Как-никак, Слаанеш переняло любовь к интригам именно от своих «создателей». Эльдары миллионами лет строили козни друг против друга, и не прекратили заниматься подобным даже после грехопадения собственной империи. Из-за столь резкого уменьшения населения, они с ещё большей любовью взялись за всякие манипуляции, используя прочие расы ради собственной выгоды.

Все прекрасно это понимали, а потому старались всегда держать длинноухих под наблюдением. Просто на всякий случай. А потому столь драгоценное сейчас время будет частично потрачено на всякие бюрократические разборки. К счастью, у нас был способ.

Выйдя в космической пустоте, прямо перед всеми оборонными пунктами и станциями Империума, мы сразу же стали посылать по всем каналам вокс-связи сообщение о срочной необходимости переговоров. И если посланию Вольного торговца ещё не придали бы особого значения, то вот эльдары, вышедшие на связь? Это уже серьёзное дело.

А уж когда в ход пошли ключи одного из Кустодесов, сообщающей об экстренном событии, оживились вообще все. Ксеносов мало кто уважает, а потому выполняют дело из-под палки. Но вот когда в деле появляется Золотой страж, о которых слагают легенды, то значит что-то действительно серьёзное происходит. Поэтому с нами общаться будут уже очень серьёзные лица.

Вместе со мной в переговорной комнате находился также Атрей, Мелисса, Маркус, Алэ’даис и ещё несколько представителей эльдар. Получив ответное послание от сил обороны звёздной системы, что они постараются в кратчайший срок связать нас с нужными лицами, мы стали ожидать ответа, при этом обмениваясь мнениями насчёт всего. И наиболее взволнованной, как ни странно, звучала моя ученица.

— Господин, вы уверены, что нам стоит обращаться к инквизиции? В последний раз, наша связь с ними привела к очень большим проблемам… — с нескрываемым волнением спросила меня Мелисса.

Она знакома только с худшей представительницей держателей инсигнии, а потому считала всех их подобными Олианте. К счастью, я знал как раз одного очень достойного представителя этой великой организации. Думаю, даже самого достойного из тех, кто был мне известен.

Джая уже оставила свой пост, но учитывая её любовь к нелегальной деятельности, даже если та шла на благо человечества, я не мог до конца быть уверенным в мотивах. Потому что они хоть и могут быть направлены на пользу человечества, но Рэтбоун также считала, что её дело благое. К сожалению, среди всех людей инквизиторы очень уж часто слишком углубляются в свои идеи и мысли, переставая видеть реальность.