— Приложите ладонь к сканеру, пожалуйста.

Миранда прижала руку к соответствующему контуру под устройством. Красный глазок сменился зеленым.

— Теперь вы, сэр.

Я благополучно проделал то же самое.

— Хорошо. Вы сможете войти так, чтобы эти люди не попытались ворваться вместе с вами?

— Ммм… не могу этого гарантировать.

— Ладно. Если они это сделают, боюсь, нам придется применить спецсредства. На всякий случай задержите дыхание, когда будете входить.

Голос из мощного репродуктора вновь произнес что-то по-испански — кажется, потребовал ото всех отойти от ворот (точнее, попросил — я разобрал вежливое «por favor»). Без особого, впрочем, успеха.

— Входите, не задерживаясь, — напутствовал нас дежурный, и я услышал, как щелкнули автоматические замки калитки.

Миранда не заставила себя ждать и молниеносно юркнула внутрь; я устремился следом. А за нами, с секундной паузой — и остальные. «Atras, todo atras!» [20] — рявкнул репродуктор уже без церемоний, и сервомоторы калитки, уже оставшейся за моей спиной, взвыли, пытаясь ее закрыть, но кубинцы, навалившиеся снаружи, мешали это сделать. Тогда сквозь гул моторов донеслось шипение. Не дыша, я пробежал вслед за Мирандой по узкому короткому коридору и выскочил через вторую дверь уже внутри территории базы, сразу же оказавшись в другом мире — никаких зарослей со змеями, только аккуратно подстриженные газоны, сочно зеленеющие на солнце, цветочные клумбы и выложенные плиткой дорожки. Прямо пансионат отдыха, а не военный объект.

Сержант в новенькой серой форме вышел из зеркальной будки КПП встретить нас.

— Все в порядке? — спросил я.

— Да. Этот газ кого хочешь остановит, та еще дрянь — я как-то вдохнул на учениях… Извините за эти маленькие неудобства, — слегка улыбнулся он. — Сами видите, местные почему-то уверены, будто мы обязаны решать их проблемы. А почему вы пешком? Что с вашей техникой и, кстати, сэр, с вашей одеждой?

— О, небольшая авария, — улыбнулась в ответ Миранда. — Точнее, по правде сказать, большая. Наш катер перевернулся вблизи кубинского берега. Ужасно глупо получилось — все наши вещи… Хорошо на мне хоть был комбинезон, а вот на Мартине… Хорошо еще, встретили на берегу местного, который согласился продать ему хотя бы это. Мартин и меня все подбивал раздеться и позагорать, но я всегда говорю — безопасность прежде всего! Хороши бы мы были, если бы оба вылезли из моря в чем мать родила, представляете?

Судя по широкой сальной улыбке, сержант очень хорошо себе это представил. И явно сожалел, что сексапильная дамочка оказалась столь предусмотрительной по части безопасности. Впрочем, он тут же усилием воли вернул себя к деловому тону.

— Так вы прибыли на катере, не по воздуху? Да, здешние прибрежные воды довольно коварны, особенно в шторм.

— Миранда так просила дать ей поуправлять, ну я и не устоял, — развел руками я. Сержант одарил меня понимающе-сочувственным взглядом.

— Если ваш катер еще носит по волнам, мы можем его поискать, — предложил он вслух.

— Нет, мы видели, как его ударило о камни, и он затонул, — ответила Миранда.

— Сочувствую. Наверное, дорого стоил?

— Да ничего страшного, он был застрахован, — отмахнулась она. — Зато какое приключение! Настоящее кораблекрушение в южных морях!

В общем, типаж смазливой дурочки, столь, вероятно, характерный для местных жен, был ею отыгран превосходно. Я понял, зачем ей понадобилась версия с катером — очевидно, подобный инцидент воспринимался здесь как нечто куда менее серьезное, чем авиационное происшествие. А комбинезоны сейчас в моде, их носят не только пилоты, и аварийные чемоданчики тоже одинаковы что на морских, что на воздушных судах (экранопланы, кстати, относят к обеим категориям).

— У вас есть при себе оружие? — спросил сержант. Собственно, вопросительная интонация была лишь формой вежливости — как бы быстро мы ни бежали, автоматика в коридоре, конечно, успела нас просканировать.

— Да, — ответил я. — Сами понимаете, у вас тут неспокойно. Но у нас есть разрешения, — это он, впрочем, тоже должен был уже знать благодаря информации в наших ид-чипах.

— Как и у всякого законопослушного южанина, — широко улыбнулся сержант. — Просто я должен официально предупредить вас, что вы не должны доставать оружие на территории базы. У нас тут места много, далеко не все застроено, так некоторые, знаете ли, любят пострелять по консервным банкам или по птицам — так вот, не надо этого делать. В спортивном центре есть тир, куда пускают и гражданских.

— Мы сюда не стрелять приехали, — заверил его я, надеясь, что это и в самом деле так. — Миссис Магдален Пэйн нас, должно быть, уже заждалась. Вы не подскажете, как добраться до ее дома? Только сначала нам надо все-таки заскочить в магазин и купить более подходящую для визита одежду.

— Да, конечно, сэр. Я скажу рядовому Джилсу, чтобы он отвез вас.

Сержант передал свой приказ — как и у меня, у него был имплантированный в челюсть микрофон, для военных это обязательно — и через минуту подъехал обещанный Джилс на легком открытом электромобиле. Как я понял, это основной транспорт на базе — электричество здесь очень дешево, ибо климат благоприятствует и солнечным батареям, и ветродвигателям, а на площади в 45 квадратных миль их есть где разместить. Вскоре электромобиль остановился у магазина, где мы без всяких проблем, благо ид-чип позволяет управлять и собственными банковскими счетами, обзавелись подходящей одеждой, а заодно и большой походной сумкой, куда Миранда, переодевшись в примерочной, уложила свой комбинезон и чемоданчик. Ей не слишком хотелось снимать столь практичный комбинезон со всеми его карманами, тем более что такие сейчас носят и те, кто никогда не сидел ни за одним штурвалом — однако она согласилась, что для втирания в доверие к Магде лучше всего подойдет более традиционно-женское обличие. Итак, Миранда облачилась в шорты, свободную блузку и шлепанцы и даже купила какой-то дешевый пошленький кулон; я же, не имея в запасе комбинезона и не желая таскать с собой сумки с одеждой на разные случаи жизни, поборол искушение одеться столь же легко и, несмотря на послеполуденную жару, купил себе прочные брюки, носки, ботинки военного образца и рубашку с длинными рукавами (каковые, впрочем, тут же закатал). «Трофейные» штаны и ботинки я без сожаления отправил в мусорный контейнер. Выйдя из магазина, мы обнаружили дожидавшегося нас Джилса с машиной — как видно, более важных служебных дел у парня не было — и спустя еще пару минут распрощались с ним перед небольшим аккуратным домиком, где жили Пэйны.

Магда Пэйн оказалась именно такой особой, какую я и ожидал увидеть — ярко накрашенной, с прической в стиле «нека» (обработанные фиксатором волосы изображают острые кошачьи уши), которая к тому же циклически меняет цвет в течение суток (сейчас ее волосы были золотистыми, вечером станут медно-рыжими, а к ночи почернеют), увешанной светодиодной бижутерией и, разумеется, склонной всплескивать руками, таращить глаза, восторгаться и ужасаться по каждому поводу. Нас она встретила так, словно знала уже лет десять; в ответ на вопрос, как мы добрались, Миранда поведала сильно отредактированную версию наших приключений, и, разумеется, ахам и охам не было числа, а к тому времени, как мы сели пить чай в гостиной, Магда уже, похоже, числила Миранду в лучших подругах. Чай нам, кстати, подавала та самая «Тосиба 600», стилизованная под негритянку, что в последние годы стало модным в Конфедерации — особенно среди патриотов, чтящих традиции Юга. Черным, в особенности в Союзе, где и само слово «негр» по-прежнему под запретом, это не нравится, но поделать они, естественно, ничего не могут — разве что в пику нам покупать белых роботов-слуг, если, конечно, у них хватает на это денег. Официальная позиция фирмы «Тосиба» — «мы производим роботов всех рас, дабы наши клиенты любой национальности могли чувствовать себя наиболее комфортно»; изначально предполагалось, что люди будут заказывать роботов, похожих на них самих, но никто, разумеется, не может запретить им поступать иначе. Что характерно, сами японцы предпочитают стиль «хай-тек», то есть роботов, похожих именно на роботов, а не на людей какой бы то ни было расы.