Шрифт:
Нормально у меня всё.
Может, моя жизнь вообще только начинается? Я уже и не помню, когда была в отпуске красивой, свободной и при деньгах. Всё некогда и некогда было, а жизнь, оказывается, проходила мимо. А когда я хоть раз с парнем знакомилась в ночном клубе или баре? Да никогда. Боже, мне и мужа-то отец нашёл. Соседа сегодня почти проучила, чего со мной за два года тоже не случалось. Хоть и проиграла в этой битве с Молотовым, но чувство всё равно приятное… Такое интересное. Новое.
– Так, а что этот Артём?
– М?
Выныриваю из размышлений и встречаюсь с задумчивым взглядом.
– Сосед твой как? Он свободен?
Пф. Вот и что на это ответить? Свободен с переменным успехом? Женится по пятницам, цепляя субботу, а в начале рабочей недели разводится?
– Наверное, свободен. – пожимаю плечами, не желая вываливать сегодня на отца ещё и мои проблемы с соседом. – Постой… – до меня начинает доходить подтекст. – А ты почему сейчас о нём спросил?
– Интересный мужик. Своя жилплощадь имеется. Физическая подготовка, судя по всему, тоже на уровне. Очень культурный, что сейчас редкость. В глазах, правда, печаль какая-то стоит, но…
– Не продолжай. – отчаянно трясу головой, глядя на папу широко распахнутыми глазами.
Он с Олей сговорился, что ли? Нет, я не понимаю, при чём здесь вообще мой сосед-идиот? Что вообще за глупые намёки?
– Или вы уже вместе? – пытливо щурится отец, справившись с откупоркой коньяка и придвинув к себе до блеска натёртую рюмку. – Опять побледнела…
Как я не взорвалась, я не знаю. Спас звонок в дверь, не позволив моему гневному сопению вылиться в открытый конфликт с родителем.
– Кого-то ждёшь? – поворачивает на звук голову папа.
– Соседа. – сквозь зубы, язвлю я.
…и почему я, спрашивается, дверь просто так распахнула, даже не заглянув в глазок?
– Привет, Лялька, я без цветов, но с миром. – ухмыляется мой бывший, предусмотрительно зафиксировав свою ногу между дверью и порогом.
Глава 11
Я в кошмарном сне. Просто в кошмарном сне…
– Знал, что как мужчина мужчину, вы меня обязательно поймёте. – контрольный в мою многострадальную голову от бывшего мужа.
Что может быть хуже? Мой папа и Егор сидят на моей кухне, обсуждают неправильную меня, мои жизненные приоритеты, современных женщин и наш с Тарасовым развод.
Это выше моих сил.
Хочется закричать во всё горло о том, что Егор виноват не меньше. Что моя работа хотя бы приносила деньги в семью, пусть и лишая меня каких-то эфемерных обязанностей жены, но делала нашу жизнь капельку лучше и комфортнее. А что с его бабами? Чем они наш брак делали лучше?!
– Такие времена, Егор. – как ни в чём не бывало, вещает отец. – Хороший ли себе путь выбрали женщины, мы увидим только лет через десять-двадцать. Не скажу, что одобряю амбиции большинства будущих матерей, но и возмущаться по этому поводу не стану. Хотим мы того или нет, а каждое десятилетие нам приносит перемены и общество…
Всё. Не могу больше это слушать.
Как ему это удаётся? Вроде, как говорится, и вашим, и нашим, а на душе так неспокойно и горько, что впору хлопнуть дверью.
– Я прогуляюсь. – стараясь контролировать тембр голоса, я выхожу из-за стола и направляюсь в коридор.
Никто не спешит меня останавливать. Я даже не понимаю, как к этому отношусь.
Уйти – моё решение, но что-то в груди как-то неприятно щемит, оттого что никто так и не обратил должного внимания на произведённый на меня эффект подобными разговорами.
Выходя, всё же хлопаю дверью. Какая-то детская обида заставляет сжимать кулаки и хмуриться.
Кажется, не больно. Должно быть, просто нервы сдают и пора уже озаботиться успокоительным или квалифицированным психологом.
Смеркается. У меня нервы крепче, чем я думаю. Это сколько, получается, я смогла высидеть за столом, слушая такие неприятные разговоры? Часа три? Четыре?
Зачем он вообще припёрся? Сказал же по телефону, чтоб я свои проблемы сама решала, а, вопреки своим же словам, взял и припёрся.
Кто так делает?
Не хочу оставаться где-то под окнами. Набираю побольше воздуха в лёгкие и плетусь в обход дома. За ним должна быть детская площадка, другой двор и несколько лавочек. Не скажу, что горю желанием сейчас смотреть на детей, но посидеть где-нибудь не помешает. Не сбеги я в домашнем костюме, состоящем из трикотажных бридж и майки, я бы, возможно, имела куда больший выбор, а так…
Уединение отменяется.
Присматриваю себе пустующую лавочку у чужого подъезда и занимаю её, недовольно разглядывая развернувшееся представление.