— Рога! Пако, молю, держи его! Три процента осталось!

— Барра! — «танк» кидается в атаку.

И нарывается.

Змеиным движением босс обтекает его встречным движением и вонзает оба клинка в спину. Снизу вверх, точно в почки. Пако встаёт как вкопанный, выгибается дугой, и тут Рундар поднимает его на клинках и через секунду отбрасывает как что-то ненужное. На плиты падает уже серебристый кокон, а в статусе группы одна иконка посерела.

— У меня Яшка отлетел!

Ноги несут меня вперёд, а разум кричит- куда ты, дурак?!

Прыжок и вот уже клинки вонзаются в грудь ДеВольта. Тот успевает выпустить ещё один файербол прямо в морду противнику и оседает.

А тут и мы подоспели.

Моя палица обрушивается точно на загривок, Снежка вонзает топор в пустоту грудной клетки, удар кендерского посоха влетает куда-то в район виска.

А эта падла опять прыгает!

И падает точно на Сова!

Фиксируя глазами цель, вижу, что жизни то там осталось толщиной с волос.

За миг до того, как кинжалы-бы опустились, наш хилер вдруг окутывается молочно-белым коконом. Клинки бессильно отскакивают от него. И тут опять подоспели мы.

Символично, однако, вышло.

Именно удар гномьей секиры ставит точку в жизни прославленного в былом воина.

Туша твари, в которую превратился он, валится на плиты с разрубленным черепом.

Я машинально делаю шаг вперёд, тыкаю стилетом. Мозг не может принять произошедшего. В сумке звякает и это выводит меня из ступора.

— Берегись!

Разворачиваюсь и вижу, как на меня падает уже забытый молот.

Удар. Я почему-то стою живой. А вот рядом истаивает светящимся дымом молот. Торчащий точно посреди посмертного кокона.

Обвожу взглядом.

Вот Сов, вот Руфус. И всё.

— Тень, давай. — в голосе мёртвого мага звенит натянутая до предела струна.

У хилера в руках мелькает свиток. Через секунду он исчезает, покрывая ладони Сова золотым светом.

С плит поднимается ДеВольт со вздохом облегчения — Работают, ресы работают, парни! Теперь я.

Поднимаются Пако и Снежка.

— Это чего? Мы победили что-ли? — растерянный бас.

— Да-а-а! — хором.

Чувствую, как задрожали ноги, отказываясь держать меня. Я аж присел на корточки и уткнулся лбом в колени. Напряжение последнего часа стало отпускать. Даже что там понаписали читать не могу. Хотя надо, блин. Жгучее любопытство побеждает охватившую было меня слабость.

«Вы сразили Стража Рубежа.

Хотите пройти в Оплоты Боли?

Время на принятие решения 3 минуты.»

— Лут и проходим! Не расслабляемся! — сука, Гвин железный что-ли?

Выпрямляюсь, смотрю на сундук что стоит прямо рядом со мной.

Здоровенный такой, с мощным навесным замком. Целиком из железа, покрытый полустёртыми рунами.

Хлопаю по крышке. Эх, жаль не заорала «аллилуйя» сигналка. Кстати, а не ахренел ли я губу раскатывать- посещает меня неожиданная мысль.

В стене, как раз в том месте, где Рундар трудился своим молотом, чернеет проём. Камни будто испарились, и чернота просто приглашает прыгнуть в неё.

Что и делаю. Прямо за Пако.

— Нихрена себе! — вырывается у меня. Да уж, многого я ожидал, но не этого.

Мы стоим тесной группой посреди пустыни.

Да, стены никуда не делись, но ставшие уже привычными плиты пола были засыпаны песком. Жёлтым таким, классическим. И если раньше были баррикады, закрывающие обзор, то теперь это были барханы. Над которыми явственно дрожало марево горячего воздуха.

И пустота. Никто нас не торопился атаковать. Бить мечом, проткнуть копьём, пытаться размозжить кости молотом. Тишь да благодать кругом.

— Зашибись! Хоть перекурю! — вот и кендер появляется рядом.

— Не расслабляемся! — у меня из головы не идут слова Рундара про «.. порождения инферно..».

Минута, вторая, третья… стоим, настороженно сжимая оружие и ожидая подляны в любой момент.

— Мальчики! — первой не выдерживает гнома- Может перекур?! Я пи-пи хочу!

— И правда, командир. — поддерживает её хилер.

— Кому в реал надо?

Запросили перерыв все.

— Пако, бери левый фланг. Я направо. Давай посторожим этих курильщиков. Потом сами сгоняем. — командую «танку».

— Правильно. — кивает маг- Затем все обсудим как жить дальше будем.

Поднимаюсь на гребень бархана.

«На вас наложен эффект „Пекельный зной.“

Урон 1хп/минута.

По прошествии часа урон удваивается.»

— А вот и прилетело. — чуть ли не с облегчением вижу эту системку. Слишком всё благостно было, аж до ужаса. Просто идиллия какая то. Ан- нет, жопа, только пока стесняющаяся показаться нам в полный рост. Ну а гребень бархана тем более меня успокоил.

— Во, мечта археолога. — бурчу, выковыривая из песка рогатый череп. Но, прошу заметить, при этом слежу за обстановкой в оба глаза.