«Мне нечего бояться, – успокаивала я себя. Внизу Витя, и стоит мне закричать, он придет на помощь».

Да и разве я раньше не встречала подобных Немирову? Они думали, что если их природа наградила привлекательной внешностью и кобелиной натурой, то все женщины обязаны падать к их ногам, но как приятно смотреть на удивленные лица, когда уверенно говоришь “нет”.

– Если девушка не реагирует на мнимую заботу, вы пытаетесь ее запугать? – спросила я, не веря, что произнесла это. Я же пришла за арендой помещения.

– Я использую любые способы, чтобы добиться своего.

– Надеюсь, в рамках законодательства, – произнесла я, глядя в лицо мужчины. Я не видела его выражения, было слишком темно. А темнота всегда действует гипнотически. В темноте самые простые вещи обретают глубину и тайну.

Он пожал плечами. Усмехнулся, если я правильно поняла шумный выдох.

– Удивительно, – сказал он тихо, остановившись в шаге от меня.

– Что же? – спросила я, гордо вскинув голову, отгоняя от себя неуместные и совершенно ненужные ощущения. Тело отзывалось на напор Немирова. Он был шикарен. Мне, как женщине, нравилось, как он выглядел, нравился его голос, его запах. И именно после подобной гормональной встряски в прошлый раз я собирала себя по кускам, выплакав литры слез, превратив себя в амебное нечто с грязной головой, одетое в растянутую футболку с пятнами от какао.

– Жизнь удивительна.

– Это бесспорно, – согласилась я.

– А вы всегда жили в этом городе или?..

– Всегда. Я родилась здесь.

Не знаю, к чему были заданы эти вопросы, но если Немирову хотелось знать место моего рождения, то пожалуйста. Подобной информации мне не жалко.

– Тогда мне повезло.

Наступила тишина.

Мы продолжали стоять друг напротив друга. Почти в полной темноте.

По коже пробежал холодок. Странное чувство. Очень.

– Надеюсь, и мне повезет, Давид Романович, – я решила идти в наступление.

– Посмотрим, – сказал он.

– Посмотрим, – повторила я на выдохе.

Он рассмеялся.

– А почему такое разочарование в голосе, Рада.

– Самое ужасное слово, что можно услышать от мужчины, – это “посмотрим”. Некрасивое. В первом случае оно означает “никогда”.

– А во втором?

– А во втором, что женщине придется очень постараться, чтобы получить желаемое.

– Хм. А ведь так и есть.

– Да. Я была замужем, знаю, что означает слово “посмотрим”.

Немиров словно получил пощечину, дернувшись всем телом. Он отступил на шаг, мотнул головой, ругнулся сквозь зубы.

– Ты не пахнешь мужчиной, – процедил он.

– Эм-м-м, я очень на это надеюсь, – ответила я обескураженно. Что вообще это значит?.. Чем больше я говорила с владельцем “Ночи”, тем больше убеждалась, что это будет самый сложный заказ из всех, выполненных нашим агентством.

Если мы его получим.

– Как давно ты развелась?

– Это личный вопрос, Давид Романович, и он не имеет никакого отношения к работе.

– Как давно ты развелась? – спросил он повторно.

– Четыре года назад, – произнесла с профессиональной улыбкой на губах. Она всегда появлялась, когда ситуация выходила из-под контроля.

– Ты… ты…

Я продолжала улыбаться, ожидая продолжения. И, честно говоря, мне уже хотелось позвать Витю. Только не для этого я пахала столько лет, чтобы спасовать перед эксцентричным богатеем.

– Что я?

– Ты… встречаешься с кем-нибудь?

М-да…

Быстро. Очень быстро.

Даже не успели войти в кабинет.

– Прошу прощения, но я бы хотела сменить тему нашего разговора.

– А что в ней плохого? – Немиров раздраженно передернул плечами. – Простой вопрос.

– Личный, – я сделала ударение на этом слове, – вопрос. И опережая ваши действия, я хочу предупредить… – в этот момент зажегся свет, ослепляя меня.

– Уйди! – рыкнул Немиров тому, кто буквально спас меня от неудобной беседы. Я не видела, мужчина это или женщина – слышала только шаги. Торопливые.

– Пройдемте наконец в кабинет? – поинтересовалась я, направляясь к двери, обходя Давида Романовича по дуге.

Внутри продолжало все сжиматься от странной смеси тревоги, заинтересованности и, стоит признать, возбуждения. «Но это абсолютно нормально, когда ты живой человек», – убеждала я себя. Нормально чувствовать влечение. Особенно если секс был, мягко говоря, давно. Как бы сказала Кристиночка: “Рада Артемовна, пора снять паутинку с усиков киски”.

– С удовольствием. В обмен на встречу. Ужин?

Я остановилась, повернулась к мужчине лицом.

– У меня есть правила, – произнесла я, глядя в наглые глаза. – Никогда не встречаться с клиентами. Правила помогают хорошо выполнять свою работу и не отвлекаться на личные неурядицы.

– Так я не клиент, я владелец помещения, Рада, – прошептал имя так, что кожа покрывалась мурашками.

Вот только я давно исключила таких мужчин, как Немиров, из своей жизни. Подобные ему любили только себя. А! Еще моих подруг. Дома меня ждал Серкан и бутылка вина.