Эмир был в комме. Долго. Почти год. Господи, я уже родила Мира за это время. Марат, конечно, ублюдок, но может он и прав... Я бы вряд ли выходила беременность при таком стрессе. А когда Эмир в себя пришёл, у него провалы в памяти были. Ладонь к груди прижимаю, сердце колотится как ненормальное. Столько испытаний. За что? И что теперь делать?

Меня разрывает на мелкие кусочки изнутри.

Два года он потратил на то, чтобы снова вернуться к жизни. Всё вспомнить. Но получается, что не всё? Потому что Эмир, который тогда подорвался, он бы пришёл за своей куклой. Забрал бы. Зубами бы выгрыз из чужих рук. Забрал бы своё. А он... решил отойти в сторону. Отступить. Оставить. Получается, что любовь не вечна? У неё есть срок?

– Девушка, с вами всё хорошо?
– Ко мне подходит женщина, судя по её лицу выгляжу я не очень. Только сейчас понимаю, что плачу. Рыдаю. Слёзы градом по щекам.

Он пришёл за сыном. Как только узнал, что его... Сразу появился. И от этого осознания страшно становится. Потому что... Потому что теперь я реально боюсь, что он его может у меня забрать. Наследника. Свою плоть и кровь. А я... Я приложение, которое мешается под ногами.

– Всё плохо, - смотрю женщине в глаза, грустно улыбаюсь. Всё очень плохо. Потому что теперь я не могу ненавидеть его так, как ненавидела ещё час назад. Не могу обвинять во всех смертных грехах. Даже в том, что разлюбил обвинить не могу.

– Может, скорую?
– Женщина пугается ещё сильнее. Думает, что у меня болит что-то. Хотя да, болит. Сердце. Но здесь скорая не поможет.

– Не помогут, - отрицательно головой веду. От стены отталкиваюсь и иду вперёд.

Ветер как будто моё настроение улавливает, становится сильнее. А через несколько минут вообще ливень начинается. Люди бегут по улице, прячутся под накрытием. А я, наоборот, вперёд иду. Лицо дождю подставляю. Хочу, чтобы смыл всё это. Забрал. Чтобы мне память стёр. Чтобы я не знала всего этого. Чтобы так больно не было. Потому что я полностью потерянна. Разбитая. И мне снова придётся собирать себя по кусочкам. Потому что Эмира из моей жизни уже не вытолкнешь. Он будет в ней присутствовать всегда. А как с ним существовать дальше рядом я понятия не имею.

Я так и продолжаю идти. Даю волю слезам, дождь всё смывает, и я как будто не плачу. Не считается. Если не видно - не считается.

В таком состоянии я до галереи дохожу. Чисто интуитивно. Ноги сами привели. Место, где я могу выплеснуть свои эмоции. Я так научилась с болью внутри бороться. Выплеснуть всё на холст и выйти отсюда обновлённой. Пустой. Это то, в чём я сейчас нуждаюсь.

Смотрю на часы, у меня есть ещё два часа до того, как детей забирать нужно.

Достаю из мокрой сумочки ключи. Открываю дверь и поднимаюсь на свой этаж. Беру краски, большой холст. Несколько секунд смотрю на пустой холст, а после беру в руки первую баночку с краской. Красную. Яркую. Такую же яркую, как и моя ярость.

Зачем ты вернулся в мою жизнь?!

Глава 14

Я глубоко вздыхаю. Вновь смотрю на себя в зеркало. Я с остервенением стягиваю с себя платья, тряпкой отправляю его на пол.

Усевшись на кровать в белье, я притягиваю к себе колени. Смотрю на хаос в спальне, разбросанные вещи на полу. Да, тёмно-синее платье было не первой жертвой. Судя по всему, не последней. А виноват в этом Буйный. Честно-честно он. Этот подлец несёт вину за всё, что со мной плохое происходит.

Он позвонил сегодня. Назначил встречу. То глупое задание психолога, когда мы должны провести полчаса вместе. Конечно, Эмир настаивал на встрече с сыном, но я этого не допустила. Не подпущу его к Миру, пока… Пока - расплывчатое и неопределённое понятие. Я не представляю, что могу сделать сейчас. Как противостоять мужчине. Меня дрожью пробирает, стоит подумать, что Эмир моего сына заберёт. Увезёт куда-то, спрячет. С этим нужно что-то делать. Пока у меня есть время. Если бы Буйный захотел, он бы сразу похитил Мира. Отобрал его. Как минимум, он хоть немного переживает о психике сына. Значит, не станет забирать сразу. Хочет, чтобы Мир привык к нему. Не испугался. Только такое объяснение я могу придумать. Иначе совершенно не понимаю поступков Эмира. Но он точно не из-за меня вернулся. И от этого так горько на душе, что выть хочется. Я по нему тосковала столько лет, а он даже не вспоминал.

– К черту!
– Я подрываюсь. Достаю из шкафа первое, что попадается под руку. Джинсы и тонкую кофту с открытыми плечами. Пойдёт. Я не стану слишком заботиться о том, что надеть на нашу встречу. Тем более что мужчина даже не удосужился рассказать, куда меня поведёт.

Мне нужно быть хитрее него! Осторожнее. Как-то выведать, что Эмир планирует. Отвадить от сына, держать максимально далеко. Или… Или придумать, как натянуть на нас двоих роль "родителей". Чтобы Буйный согласился на посещения раз в год и не тревожил нас.

Я стягиваю волосы в хвост. После распускаю их. От волнения мои пальцы подрагивают. Как вести себя с Эмиром так, чтобы случайно не придушить его при встрече? У меня стресс, нервы, руки совсем не слушаются. Убьют быстрее, чем я решу, что это плохая идея.

От новых сомнений меня отвлекает звонок в дверь. Я проверяю в глазок, что это пришла няня. Ольга Константиновна периодически приходила мне на выручку, когда из-за работы или срочных дел не было с кем оставить детей.

– Ты уходишь? – Сестра ловит меня у выхода. – Ты к нему идёшь, да?
– Катюша скрещивает руки на груди. Она выглядит такой недовольной, что почти сжимаюсь под её взглядом.