Секунда и я ломаюсь, тело сокращается, содрогается в его руках. Волна экстаза накрывает меня с головой. Эмир следует за мной, делая последний мощный толчок, прежде чем замереть, стиснув меня в своих руках.

Я слышу его тяжёлое дыхание рядом с ухом. Он обхватывает меня, прижимает к себе, его губы находят моё ухо. Его сперма обжигает меня внутри.

Его рука лениво скользит по моему бедру, оставляя за собой тёплые, почти обжигающие прикосновения. Дыхание никак не восстанавливается, в голове лёгкая дымка, а сердце ещё бешено стучит.

– Эмир, ты ведь понимаешь, что, если так дальше пойдёт… – начинаю я, с трудом находя слова. – Это закончится беременностью?

Он приподнимает голову, и наши взгляды встречаются.

– А я, по-твоему, не понимаю, что делаю?

Его спокойствие сбивает с толку. Я немного дёргаюсь, чтобы подняться, но Эмир тут же притягивает меня обратно. Его ладонь уверенно ложится мне на талию.

– Подожди… – я хмурюсь, пытаясь уловить смысл его слов.

– Что? – Смотрит на меня, насмешливо приподняв бровь.

– Ты хочешь сказать, что… ты это специально?

– Ты серьёзно спрашиваешь?

– Да! – Я чувствую, как щёки начинают гореть.

Эмир усмехается.

– Мне кажется, ты слишком сильно заморачиваешься там, где всё очевидно.

– Очевидно? – Я приподнимаюсь на локте, чтобы лучше видеть его.

– Конечно, очевидно, – его взгляд становится мягче. – Я хочу ребёнка от своей женщины. Что здесь не так?

Я замолкаю, чувствуя, как сердце пропускает удар. Его слова, его тон — всё это пробирается куда-то глубже, чем я ожидала.

– Ты серьёзно? – Шепчу, потому что голос отказывается звучать громче.

– Злата, – он поднимает руку, убирает волосы с моего лица и смотрит прямо в глаза. – У меня есть ты. Есть Мир. Катюша. А теперь я хочу ещё одного ребёнка. Я хочу большую семью.

Я чувствую, как по щекам текут слёзы. Не могу понять, что именно я чувствую — счастье, трепет, или всё вместе.

– Эмир… – начинаю я, но он прижимает палец к моим губам.

– Не надо слов, – шепчет, его голос звучит нежно, но сдержанно.

Он прижимает меня к себе, его губы касаются моего лба. Я зарываюсь лицом в его плечо, чувствуя, как весь мир вокруг исчезает. Только мы вдвоём.

– Я люблю тебя, – шепчу.

Эмир улыбается, тёплой улыбкой, которую я вижу так редко.

– Я знаю, кукла, – отвечает он, прежде чем снова прижать меня к себе. – И я тебя. Всегда.

Мы остаёмся так, не произнося больше ни слова. Слова и не нужны. Всё, что я хотела знать, он уже сказал.

Эпилог 1.

– А белочка?
– Мир крутится на моих коленях.

Мы рассматриваем лес, устроившись на заднем дворе. Сын заваливает вопросами.

– Белочка прыгает по деревьям, – показываю я.

– А език?

– Ёжик по травке гуляет.

– Ммм… А птичка летает!

– Правильно.

– А если… О-о-о, папа!
– Мир с ловкостью спрыгивает с моих колен, едва услышав звук открываемых ворот.

Он растёт с каждым днём, неуловимо меняется. Совсем недавно только учился ползать, а уже с такой прытью несётся к отцу. Я не могу к этому привыкнуть. Каждый раз моё сердце делает кувырок, увеличивается будто. Сладостно пульсирует в груди. Я не представляла, что можно быть настолько счастливой. Когда каждый день наполнен радостью. Всё вокруг причиняет лишь добро.

Эмир подхватывает сына на руки. Подбрасывает его, вызывая довольный визг. Мир болтает ножками и просит ещё. Я прикусываю губу, наблюдая за ними. Кто бы мог подумать, что из криминального авторитета Буйного получится настолько прекрасный отец? И муж из него тоже ничего. Я касаюсь тонкого ободка на пальце, прокручиваю. Мы поженились совсем недавно. Скромную свадьбу отпраздновали. Я не хотела сотни гостей или пышного празднования. Мне нужны лишь мои близкие рядом. Мой мужчина, дети. Алиса приезжала, несколько друзей Эмира. Человек десять, не больше. Но зато каким чудесным получился праздник. Сокровенным.

– Есё! – Властно требует Мир.

– Ещё не получится, – спокойно возражает Эмир, приближаясь ко мне. – Теперь маму надо.

– Маму низя бвосать.

– А я не бросать. Я обнимать буду. Можно?

– Ну, ладно.
– Мир соглашается с театральным вздохом. Но первым и лезет обниматься, отца подпуская кое-как. Мой главный маленький охранник.

Эмир всё равно умудряется притянуть меня к себе. Оставляет на губах целомудренный поцелуй, пока сын рядом. Но при этом… Всё равно жаркий. Как печать. Обещание большего.