— М, — пожала она плечами. — У Альберта еще десяток таких, — кивнула картежница. — Сломается — и дьявол с ним.

— Понял.

План был придуман.

И пока Авики играл со своими картами, выбирая нужную, учитель встала со стороны спящей Виви. Она беспокоилась, чтобы ничто случайно не прилетело в «бледную куклу».

Палач Асити Ли Вердо.

Я вновь закипел от злости. Пускай несведущие подотрутся этим титулом! В любимой больше хорошего, чем в служителях Лучезарной!

— Этот подойдет! — провозгласил Авики, вытянув руку с картой. — Веселый Судья!

Вспышка.

Технология — Веселый Судья. Уровень 10.

Скорость — Высокая.

Сила — Высокая.

Живучесть — Легендарная.

Защита — Легендарная.

Магия — Очень высокая.

Клан — Шуты Принцессы.

Толстый… эм… гуманоид. Но не человек. Высокая фигура в два метра ростом, рожа гоблина. Первое поколение. Ярко-зеленый оттенок кожи, остроконечный нос, уши, затупленные зубы. Глазницы залиты зеленым светом. Монокль на глазу — будто издевка над цивилизованным обществом. Фрак не по размеру, молоточек в руке и косметика на уродце — всё смотрится неестественно.

Фрак… Да, Судья толстяк. Но что голова, что ручки слишком маленькие для такой туши. А под одеждой заметно движение, что-то внутри постоянно ерзает. Гоблин-Судья качается, словно он пьян, еле удерживает баланс.

У безумного гамблера и духи безумные.

— Как это недоразумение прожило так долго? — потерла висок Асити.

— Ку? — Хе, Судья возмутился.

— Просто это и есть воплощение духа Шутов! — уткнул руки в боки Парсия. — Шоу, неожиданность! Хе-хе!

— Да-да, — вздохнула любимая. Печатка дала темный блик. — Дуэль, Алый Принц против Господина Парадокса! — Это… его титул гамблера? — Игра!

— Давай-давай-давай! — пританцовывал на месте Авики. — Судья, защищай меня! — изобразил он даму в беде, совсем не по-мужски изгибаясь всем телом.

Несколько секунд я выжидал. Кого бы ни строил из себя Авики, он глава, лидер. Мощь Зеленого цвета во плоти. И возраст…

Опасайтесь стариков там, где умирают молодые.

— Ку-ку-ку, — не то просмеялся, не то произнес что-то нечленораздельное Судья. И, когда он вновь забалансировал на одной ноге…

— Вперед! — сорвался я с места вместе c Мэри. Карта способности. — Блокируй его! — Полетели щиты.

— Ха! — Баклеры выстроились стеной перед моим духом. И всё вместе влетело в гоблина.

— Ку-у-у! — Тот лишь дернулся, но устоял.

Я затормозил, чуть проскользив по земле. Проверим, насколько легендарная защита действительно легендарна.

Сжимаю свое оружие сильнее. Ощущая невиданный прилив сил.

ВЫПАД!

Острие точным попаданием пронзило бок толстяка. Какого хрен… Рапира прошла слишком легко, будто… Будто под одеждой пустота. Но вот обратно вытащить не могу! Что-то схватилось за лезвие.

— Ки-ки, — легонько постучал мне по голове молоточком судья. Совсем не больно… Обидно!

— Мэри! — опершись ногой о толстяка, я все же выдернул рапиру.

Защитница, сжав кулак, ударила в грудь Судьи. И вот опять: её рука пробила фрак, по локоть погрузившись внутрь. Никакой крови, никакого сопротивления.

— Хш-ш-ш, — дергала Мэри конечностью, не в силах достать ее обратно.

— Ки-ки-ки, — зубоскалил Судья.

— Щиты в ход! — крикнул я, уже нацелившись на мирно стоящего Парсию.

Кровавые баклеры разлетелись в стороны и стали снарядами. Я сделал шаг вперед, Мэри, вытащив руку, отшатнулась. И в этот момент…

— Кха-ха-ха-ха! — засмеялся гоблин, получив со всех сторон удар. Его одежда порвалась, пуговицы полетели во все стороны.

Немедля отступаю. Гоблины?! Бывает и такое? Судья — это не одна персона. Пятерка маленьких засранцев все это время изображала высокую, толстую фигуру. На деле они сидели на плечах друг у друга, держались за руки, чтобы отдельные гоблины могли показать конечности. Что за фарс? Что за…

— Шутка! Ха-ха-ха! — смеялся вовсю Авики.

Гоблины рассредоточились по аренному кругу. Все, кроме Судьи с моноклем, закованы в броню, металл буквально припаян к коже, и у каждого клинок, примотанный к правой руке. Мне стало безумно интересно, какие способности есть у подобного духа, но, очевидно, Парсия не будет их применять.

Гоблины мельтешили, веселились. Судья, оставшись на плечах одного из сородичей, постоянно стучал молоточком по шлему напарника. Мол, «тишина, суд идет».