— Ага, только вот половина объявлений выставлена военными, а по четверти тебя попытаются кинуть, — с сожалением сказала Клева.

— И сколько предложили бы за такой артефакт? — спросил я ради интереса. Хотя к деньгам я уже не чувствовал такой привязанности. У меня в доме захоронка с золотом и серебром до сих пор лежит, не знаю, куда и как деть. Но не все здесь были обеспеченными, как я, и не все осознавали опасность продажи магических предметов в безмагическом, до недавних пор, мире.

— Не помню точно. Но за самый слабенький облик сейчас цена — около миллиона. Тут уже сам считай, насколько этот облик круче слабенького.

Облик такой силы должен стоить не меньше пяти-семи миллионов, — накинула хвороста в огонь Даша.

— Двадцать миллионов за осколок кости?!

— Почему ты так удивлена? Мы победили монстра из другого мира, который умеет плеваться кислотой и перемещаться под землей. Это был элитник. Мало того, облик наверняка выпадает не из каждого. Поскольку мы сражаемся, ставя наши жизнью на кон, семь миллионов — меньше, чем стоит такой риск.

— Кин, это же ты победил червя? Или нам нужно как-то разделить добычу?

— Поскольку ты убил его в одиночку, я думаю, правильнее дать облик тебе, — закусила губу Клева. — Хотя я не против подпитать свое кольцо, но эта добыча твоя. Мы ничем тебе не помогали.

— Ну что, Кин, возьмешь добычу сам? — спрятав жадность за равнодушным тоном, спросила Деметра. — Или разделим?

Я вмешался прежде, чем мы успели разругаться:

— Смотрите.

Тела других червей так же рассыпались пеплом.

— Кстати, эти монстры не были боссами, верно?

— Думаю, ты права. Сообщение показало, что испытание завершится, когда погибнет босс.

— Если обычные монстры столь сильны, мне страшно подумать, каким будет главный… — пробормотала Деметра.

Мы шли дальше, и место, которое раньше было лесом, становилось обширной равниной.

Как лес стал равниной? Просто Клева перестала экономить ману и развернулась вовсю. Ревело пламя, в лицо дул сухой жаркий ветер, а лес превращался в поле золы. Я не стал возиться с паразитами и орсами — слишком маленькие и слабые тела, слишком их много.

— Клева, у тебя все в порядке с маной?

— Да, я быстро восполняю запас, особенно если вокруг меня много огня.

— Твои способности впечатляют, — снова похвалила девушку Деметра. Я услышал в ее голосе зависть и вспомнил Макса, парнишку, в компании с которым мы с Клевой зачищали паучье логово. Макс украл у Клевы облик — слишком уж жаждал обладать такой силой, а облики тогда были еще более редкими и ценными артефактами.

Похоже, у Клевы тоже сыграло дежавю — девушка натянуто улыбнулась и пробормотала «спасибо».

Спустя некоторое время Деметра нахмурилась, глядя вперед.

— Он не горит.

В отличие от усыпанной пеплом равнины, в сотне метров от нас была область белых деревьев, которую пламя не могло коснуться.

Клева снова попыталась использовать стену огня: сотворила грандиозный вал пламени, который понесся на деревья, но этого хватило только чтобы сжечь грибы, растущие на стволах. Белые деревья явно были особенными.

— Мы должны войти туда, — первым сказал я. — Тропинка не исчезла — вон она петляет.

— Но там будет гораздо опаснее. Ты представляешь, сколько паразитов я уже сожгла? Тысячи! Что, если какая-нибудь дрянь упадет сверху?

— Тогда ты ее сожжешь, — прогудела Даша. — А пока это тебе не по силам.

— Не по силам?!

Девушка рассердилась и выставила ладони, будто держала в руках футбольный мяч.

На этот раз между ладоней возникло белое пламя, на которое даже смотреть было больно. Я отшатнулся — жар был сильным настолько, что обжигал открытую кожу, будто я стою в десятке шагов от горящего дома.

Потом Клева спохватилась, и температура рядом с нами стала обычной, но кожу стянуло, да и запах чьих-то паленых волос витал в воздухе.

Белое пламя, которым выстрелила девушка, летело вперед со скоростью стрелы. Воздух ревел, за шаром оставалось дрожащее марево. Пламя столкнулось с деревьями, шар взорвался ярчайшей вспышкой, разбрызгивая вокруг огненные лепестки.

Я снова позавидовал такой силе. Мой бинт — имба в сражении один на один, но такой урон по площади я не выдам никогда. И не уверен, что смогу победить девушку, если нас поставят сражаться друг с другом на расстоянии ста метров. Если ближе — я успею нанести удар первым, а вот дальше — она сожжет меня на расстоянии. В общем, никаких шансов.