Шрифт:
В этом расчёте три человека. Шар с такой штукой не игрушка, если чего не так стрельнет, и он упадёт среди своих рядов, то мало никому не покажется. Потому, взводит один, укладывает в тюбетейку горшок второй, а дёргает за скобу вот этот здоровяк — Данька. Он не хухры-мухры, он сын боярина Мечеслава Детько.
— Как тут отказать. Собирайтесь. «Судьбинушки» аккуратно в гнёзда укладывайте, — а чего, дороги сейчас те ещё, телегу трясёт, а груз хрупкий, потому, Андрей Юрьевич вспомнил про «решётки» для упаковки яиц и сделал таких десяток. Получается, подвода, запряжённая парой приличных лошадок, везёт сто снарядов. Вторая подвода тащит сам арбалет и троих человек расчёта.
Виноградов «бомбардиров» и сам хотел взять, надо новое оружие испытать, но пусть вьюноши считают, что это они его уговорили. Энтузиазма и ответственности больше будет.
Глава 19
Событие пятьдесят пятое
Pro patria mori
Умереть за родину.
Из трёх с половиной сотен воев дружины, что увёл с собой Мечеслав Детько, пять десятков — это лучники. Из них почти все — это ветераны. В битве у Каменца полегли в первую очереди ополченцы, за ними конные тяжеловооружённые гридни, а лучники спешенные держались позади и понесли не очень значительные потери, в основном при той атаке из засады ордынских конных лучников. Так что из пяти десятков сейчас четыре — это проверенные бойцы и умелые лучники…
Нет. Тут с интересным фактом профессор столкнулся. Он назвал их лучниками и наткнулся на непонимающие взгляды дружины. Сотник и десятники конных «лучников» отрицательно замотали головами.
— Что ты, княже, лук делать великая наука и таких мастеров у нас нет. Мы стрельцы обычные.
Пришлось наводящими вопросами выяснять, чего опять по незнанию накосячил. Оказалось, что лучник — это тот, кто лук изготавливает. А вот эти воины — стрельцы. Стрелы же вообще делают особые мастера — стрельники.
Столкнувшись с этой непоняткой, Андрей Юрьевич решил уделить более пристальное внимание сначала стрельцам, а потом и лучникам. И полно нового для себя узнал. Оказалось, он явно недооценивал дальность, на которую может запулить стрелу опытный воин из хорошего лука. Сейчас, как выяснилось, есть мера длины на Руси, и она ого-го какая. Называется — стрелище, или перестрел, и это около 225 метров. Точнее не рассчитаешь, это триста шагов. А ведь шаг шагу рознь, своими шагами мерил Андрей Юрьевич, потом умножал на семьдесят пять сантиметров. Стрелище — это «Яка муж дострелит». Не поверив в такую запредельную дальность, князь провёл соревнование среди лучников. И не только своих пригласил, но и всех желающих с княжества. Специально глашатаев рассылал. Прямо как в фильме про Робин Гуда. Упражнения три. Первое — это стрельба на дальность. Второе — на меткость со ста шагов или, получается, с семидесяти пяти метров. И третье — скорострельность и меткость вместе. Судия десять раз бьёт по железяке билом примерно раз в три секунды. И за эти полминуты нужно с пятидесяти шагов поразить мишень размером с голову максимальным количеством стрел.
Приз знатный. Это длинный (длина — 25 см; максимальная толщина — 0,7 см) засопожный нож из синего харалуга и сто наконечников для стрел из этого же металла. Вроде бы в «Слове о полку Игореве», что-то такое есть? Или там про наконечники копий? Ну, не важно, кузнецы и то и другое с радостью изготовили и были почётными гостями соревнования с сидячими местами — лавками в первом ряду.
Желающих получить приз стоимостью в несколько годовых… ну, пусть будет зарплат, нашлось почти тысяча человек. Вот ведь, ексель-моксель, как с погаными биться, так хренушки. Веди, княже, свою дружину и бейся, это входит в твои и их должностные обязанности. А вот, как стрельнуть и отхватить приз, а то и все три, ведь ножик и наконечники за каждый вид положен, так народу столько пришкондыбало, что хватило бы у Каменца всех золотоордынцев перебить двумя залпами.
Ну, тут вам не там. Всех претендентов записывали… Нда, пора бумагу изобретать. Записывали пока на глиняных табличках: Макаров сын Макар селище Мокрое близ Берестье. Потом будут списки, кого срочно призвать, если враг у ворот.
Сначала, ещё до соревнования, узнав про триста шагов или двести двадцать пять метров, профессор Виноградов усомнился. Далеко ведь. А потом вспомнил одну интересную штуку из молодости. У его одногруппника была пассия. Год точно теперь не вспомнить, но 1985 или 1986, так эта дивчуля приличных таких габаритов ходила в секцию по метанию копья. И она рассказывала на какой-то совместной пьянке, что ГДРовец метнул копьё на сто с приличным гаком метров, и оно чуть в зрителей не прилетело. И решили руководители федерации сместить центр тяжести у копья, чтобы оно не так далеко летело.
То есть, рукой можно зашвырнуть копьё на сто с лишним метров, а ведь вес его под килограмм, тогда почему стрелу весом всего около пятидесяти грамм на отправить с помощью мощного лука на двести метров?
Соревнования начались с пуляния на дальность. И пульнули так пульнули. Что удивительно, но с теми луками, что в фильмах про Робина-бобина в полтора метра высотой не было ни одного человека. Все были с луками небольшими, которые имели форму буквы «М» с плавными такими перегибами. Как пояснил потом Андрею Юрьевичу Мечеслав, сложный лук состоит из двух деревянных планок, продольно склеенных между собой. С внутренней стороны лука или той, что обращена к стрелку, находилась хорошо отшлифованная можжевеловая планка. А с внешней она прилегала к березовой планке. Склеены рыбьем клеем, а сверху ещё эти планки как бы обёрнуты в бересту, для того чтобы влажность в себя не тянуть.
Итак, началось соревнование со стрельбы на дальность. И длилось целый день. Не смог нормально организовать профессор Виноградов это действо. Сначала он всё доверил Мечеславу и понял, что тот, тот ещё математик. Стреляли тройками и потом шагами замеряли. Чуть не полчаса на это дело ушло только у первой тройки.
— Зачем это, Мечеслав, нам не результат каждого нужен, а та стрела, что дальше улетит. Стреляют пусть хоть тройками, хоть десятками, нужно просто пометить стрелу каждому, и потом найти ту, что дальше всех улетела, а на ней краской синяя полоска нанесена, значит, это стрела Трифона Твардовского.