– А ты впервые столкнулся с эпизодом по садисту? С другими не приходилось работать?

– Не приходилось, – задумчиво ответил Попов, – ни разу. И я, честно говоря, не жалею.

– Да, посмотрел я на тебя вчера. Таким еще никогда не видел.

– Да чего-то я вчера действительно… Работы было… Я с устатку и маханул пятьдесят граммов спирту, а то уже ноги не держали. Вот, видно, и развезло чего-то…

– А я думал, что патологоанатома ничем не прошибешь….

– Я привык к трупам, но не к их живым родственникам.

Выпили еще по одной – за успех безнадежного предприятия.

– Я выписал основные характерные признаки. – Дмитрий протянул Попову лист бумаги. – Тут есть кое-что такое, на что раньше не обращали внимания. Смотри: на теле Клары Сидоренко, семьдесят четвертого года рождения, были зафиксированы некие следы. Можно подозревать – от укусов зубами. Убита, кстати, у вас в парке Победы. То же самое касается Перовой Любови Марксовны, шестьдесят третьего года рождения. Здесь, правда, сомнений еще больше. Труп был обнаружен через месяц после убийства, и следы идентифицировать трудно. В этом случае я доверяю экспертизе не на сто процентов. У других убитых ничего такого на теле не обнаружено.

Санька взял список в руки и быстро пробежал его глазами:

– Да, интересно, интересно… Надо же, сорок два года… – Он оторвался от бумаги и посмотрел на Самарина:

– Значит, говоришь, этим ГУВД занимается… Во всех случаях смерть наступила в результате асфиксии, – рассуждал он, – ничего удивительного. Остальные черты также схожи… В убийстве, совершенном в электричке, главное что? – использование зубов. Жертву, по сути дела, загрызли.

Здесь же, – он указал на список, – зубы в ход не шли. Нет следов укусов.

– Согласен, нет. Но есть синяки, которые можно было бы считать следами укусов. Может быть, он хотел укусить, но сдерживался?

Попов пожал плечами:

– Как говорит реклама: «Каждая женщина знает эти правила!» Так и маньяк.

Он действует по особым правилам и не может от них отойти. Не потому, что не хочет, – не может.

– То есть он все-таки невменяемый.

– Это сложный вопрос. И да, и нет. Обычно эпизоды, где действовал маньяк, похожи, как близнецы-братья. Понимаешь, он не может разрушить некий стереотип, потому что иначе не достигнет того состояния, которое ищет. Поэтому я считаю, что в электричке действовал другой человек. Но, – пожал плечами Попов, – я, собственно говоря, не специалист. У тебя, кстати, много людей задействовано по этому делу?

– Да пока никого, если разобраться, – махнул рукой Самарин. – Показуху только развели. Видишь ли, сам мэр интересуется, а этот проходимец Гнедин из мэрии взял дело под свой контроль. Надзор по всем линиям усилили, уже две облавы провели. А толку? С самого начала ясно, что поймают кого угодно, только не убийцу. Ладно, я к тебе пришел не на жизнь жаловаться. Так что у нас еще по маньякам?

– Что еще? – Санька пожал плечами. – Были, есть и будут. В США специалисты считают, что на их территории существует около тридцати людей, которые потенциально могут стать серийными убийцами. А сколько у нас – никто не подсчитывал.

– Помнишь, в Казани были какие-то людоеды…

– Да, прелестная парочка. Приглашали к себе девушек, убивали, и вот в чем самый смак – мясо продавали соседям. Все-таки они были не без практической сметки.

– Ты хочешь сказать, это были не чистые маньяки, поскольку имелась экономическая заинтересованность? Без сексуальных извращений?

Санька усмехнулся:

– Не надо понимать «сексуальное извращение» так плоско – «сунул, вынул и бежать». Кто-то ловит кайф на том, чтобы бросить в кипяток кусок груди "ли матку и сварить на этом бульоне щи.

– Фу, пакость какая! – поморщился Самарин. Выпили еще. Санька вынул из холодильника пластиковую коробочку с салатом из морской капусты.

– Да, с казанскими тебе было бы не по дороге, – улыбнулся Дмитрий. – Ты как вегетарианцем-то заделался?

– Давно это было. Еще во время практики. Когда я в больнице за фельдшера сидел. А уж теперь с моей работой – просто отвращение к мясу. Вот такое извращение, если хочешь. Но не сексуальное.

– Слушай, а серийные убийства всегда имеют под собой сексуальную подоплеку?

– Нет, не всегда. Вот недавно был интересный случай. Слышал про Тамару Иванютину?

– Честно говоря, нет…

– Посудомойкой работала в школьном буфете и отравила восемнадцать детишек таллием. Кстати, этот яд очень быстро распадается в организме и обнаружить его следы трудно. Так вот, отправила на тот свет полкласса, а все назло директору школы. Тот ей выговор сделал за то, что она слишком увлекается сбором пищевых отходов для своих поросят. Возможно, I эта Иванютина была по совместительству садисткой, а детей ненавидела, как многие, кто работает в школе. Но основная причина – праведная месть. Графиня Монте-Кристо.