По пути с рынка он излагает мне свой последний план — приобрести новую машину. Специальную машину для поездок на рынок. Приезжать туда на представительской «ауди» кажется ему неудобным. Я, затаив дыхание, жду, что папа предложит забрать у меня «пежо», а мне купить такую же, только новенькую. Но, увы, у него совсем другая идея. Папе кажется, что для этих целей лучше подойдет «Ока».

Представляю себе, как он будет чувствовать себя в «Оке» после своей «ауди». Или даже служебной «БМВ». И ещё ярче представляю, как «Ока» и «ауди» будут смотреться рядом в гараже. Но папа, конечно, не представляет. Впрочем, план скорее всего пришел ему в голову только что, и он полностью утопичен.

По пути на дачу выясняется, что это не единственный из его планов. И мы все вчетвером идем осматривать соседний участок, на котором много лет никто не живет. Похоже, что папа решил его приобрести для нас с мужем. Я пытаюсь объяснять, что, если у нас будет желание жить за городом, имеющейся дачи хватит на всех (и еще останется масса места). Но это бесполезно. Мама за его спиной знаками показывает мне, что тему лучше не развивать. Так есть шанс, что завтра папа о ней забудет.

Искренне на это надеюсь. Дело даже не в деньгах, в которые обойдется строительство нового дома, ибо старый вот-вот развалится. Но в том, что, если мы тут поселимся, папа тоже переберется сюда, потому что в одиночестве ему скучно. И в чем тогда суть?

Тем более что мужу эта идея совсем не понравится. Он, конечно, хорошо относится к моим родственникам. Но не настолько, чтобы жить с ними под одной крышей даже два дня в неделю.

Потом папа удаляется в кабинет, ему срочно надо кому-то позвонить. Мы с мамой вдвоем перетаскиваем из багажника мешки. Ребенок требует за помощь денег и соглашается посодействовать бесплатно, лишь когда я угрожаю все рассказать Игорю-старшему. Угроза действует. Мы с мамой таскаем мешки и пакеты, а он скачет вокруг нас и указывает нам путь. Излишне говорить, что мы обе, к счастью, не слепые. А на улице еще светло.

После обеда папа отправляется немного поспать (предварительно напомнив мне, что я должна буду досмотреть фильм). Тем не менее, когда он удаляется, я перевожу дыхание. Мама глядит на меня с сочувствием и сообщает радостную весть. Завтра папа тоже никуда не уезжает по делам, плюс ко всему к нему должен приехать на шашлыки какой-то его коллега с женой.

Я с легкостью могу рассказать вам, что будет завтра. Сначала мы с папой поедем за шашлыком. Потом мама будет готовить всякие закуски, а я под папиным чутким руководством буду засовывать уголь в мангал, задыхаться от дыма и нанизывать мясо на шампуры. Потом приедут гости и папа проведет их по дому и участку (даже если они тут уже неоднократно бывали). Потом он покажет им свои альбомы, свою новую фотокамеру, свой новый принтер и т. п. и т. д. Если жене коллеги повезет, она ускользнет на кухню, дабы помочь моей маме.

Показ, естественно, затянется, угли перестанут тлеть, и мне придется все начинать заново. Потом я буду метаться между кухней (ведь мое присутствие за столом жизненно необходимо) и мангалом. Папа выпьет пару рюмок водки и расскажет гостям неоднократно слышанные мной истории про свои командировки (и наизусть заученные мной анекдоты). Потом мама начнет убирать грязную посуду, а ребенок вызовется помочь мне относить готовые шампуры. После транспортировки первой партии он исчезнет. У него возникнет потребность в дегустации мяса.

Мне его дегустировать не придется. Когда я, пропахшая дымом и больше напоминающая очень большой кусок шашлыка, наконец вернусь на кухню, обед подойдет к концу. А папа потащит всех пострелять из пневматического пистолета. Стрелять обязаны будут все, включая женщин и детей.

Если соседям, птицам и домашним животным, находящимся на расстоянии дальности выстрела, повезет, они останутся в живых. Пару месяцев назад мой ребенок умудрился выбить окно того самого заброшенного дома, который мы сегодня изучали на предмет покупки. Прошу отметить, что дом находится метрах в пятнадцати слева от мишени.

Затем придет черед мытья новой порции грязной посуды, а потом мне пора будет уезжать. Делать уроки на понедельник заранее, то есть сегодня, мой ребенок наотрез отказывается. К тому же мыться на даче ему якобы неудобно, он предпочитает лежать в ванне, а не стоять под душем. И потому после двух дней пребывания на природе напоминает долго лежавшую в земле картофелину, обросшую комьями.

В общем, не выходные, а, выражаясь барменскими терминами, множественный оргазм. Так назывался коктейль, про который я как-то читала. Впрочем, там был напиток и покруче — «кричащий множественный оргазм». В моем случае это более точное определение.

Оргазм, разумеется, будет чисто психологическим. А крик — безмолвным. Но тем не менее, очень и очень громким.

Честно скажу, что я очень люблю своих маму с папой и на даче всегда весело. Но, сама не знаю почему, в этот раз это смех сквозь слезы. Не плачу я лишь потому, что пребываю в состоянии похмелья, которое способствует полнейшему обезвоживанию организма.

После обильного маминого обеда я тоже совсем не прочь вздремнуть. Но ребенок заявляет, что я просто обязана поиграть с ним в футбол. На улице уже темно, я с трудом вижу мяч (не говоря уже о ребенке), но мои возражения не принимаются. В конце концов, он милостиво сообщает, что если я не хочу играть, то он разрешает мне просто покидать мяч ему на голову. Я кидаю мяч в темноту, и время от времени он вылетает оттуда обратно ко мне с поразительно гулким звуком. Муж бы непременно заметил, что голова нашего ребенка на удивление пуста.