— Ну, а теперь покатушки, — помня о складывающейся лестнице я подготовился, слегка согнув ноги. Когда ступени исчезли, превращаясь в наклонную плоскость, я уже был готов и покатился вниз, словно с горки.

— Ох-ре-не-еть!!! — радость необычного спуска накрыла, как в детстве. Под сводами зала разнесся веселый смех, вперемешку с ругательствами, когда сандалии цеплялись за шероховатости каменных плит.

Я скатился вниз, в последний момент прыгнув и резко остановившись посреди главного коридора. Послышался долгий протяжный скрип, эхом отражаясь от стен с каменной кладкой — лестница возвращалась в исходное положение.

Накатило веселье, чуть ли не насвистывая без остановок двинулся по главному коридору, не обращая внимания на боковые ответвления, до самого конца. После сна внутри наступила какая-то упорядоченность, принеся душе покой. Растерянность, скрывающаяся в глубинах сознания от попадания в другой мир, исчезла, заменившись спокойствием. Появилось понимание, что делать дальше. По крайней мере в ближайшие дни.

— Все будет отлично, — вслух проронил я перестав веселиться и останавливаясь у развилки. Налево коридор, комната и каменный стол, похожий на алтарь с книгами. Направо неисследованная часть.

Сначала вытащить оставшиеся два фолианта наружу или посмотреть, что скрывается в неизведанной стороне? Помедлив, выбрал второе. За книгами всегда успею вернуться.

Правая сторона коридора ничем не отличалась от левой, та же пыль, паутина и грязь. Затхлый воздух, щекочущий ноздри и каменные стены, давящие со всех сторон. Хорошо нет клаустрофобии, иначе поход в подземелье мог закончится у входа.

Когда-то форт защищала мощная колдовская сеть, окутывающая здание в несколько слоев, как плотное покрывало. Защиту обеспечивали артефакты, вмурованные в основание фундамента. Сейчас вместо них лишь горстки праха. Магия выгорела, превращая камень в пыль. Последний всплеск был вчера, в момент моего перехода. Остатки энергии высвободились, сжигая остатки хитроумных плетений.

Жаль, при должной сноровке, энергию артефактов можно было использовать к собственной выгоде. Например, для проведения начального ритуала. Если правильно подойти к вопросу, то многие ингредиенты заменялись излишками магии. Работало это только на первых этапах построения основ заклинаний, но в моем случае служило идеальным выходом с учетом недоступности других способов.

Правая сторона подземных уровней форта оказалась зеркальным отражением левой. Тот же коридор, те же комнаты по бокам, в конце просторное помещение. Только в отличие от левой, здесь комната оказалась в форме круглого зала.

Пол выложен гранитными плитами, поверх них рисунок — треугольник, заключенный в круг со сферами на кончике каждого луча. По линиям струились канавки, сейчас забитые грязью и пылью. Когда-то они выполняли роль проводников излишков энергии.

Заклинательный зал? Нет, кое-что поважнее. Отсюда пять столетий назад, когда имперский форпост функционировал в полную силу, штатные заклинатели связывались с коллегами из других фортов посредством ментальных призывов.

Обелиск в центре треугольника помогал использовать тонкий мир, чтобы путешествовать путем построения астральных проекций разума. Это было магическое устройство, созданное гением имперских магических лабораторий. Для его работы требовалась особая субстанция — Синяя вода. Именно для ее спуска в свое время придумали складывающуюся лестницу. Вещество было нестабильным и обладало чрезвычайно разрушительным потенциалом.

— Уронишь бочку и форта как не бывало, — задумчиво проронил я, изучая края круга. Там вились замысловатые колдовские знаки, напоминающие руны. Если память тени не врет, они служили сдерживающим барьером для гуляющей в воздухе в ходе «сеансов» энергии.

Точная копия такого же зала некогда находилась на верхнем этаже башни. Но башня разрушилась, и остался только этот, тоже давно не работающий, не способный отправить сознание в тонкий мир.

Понимание этого пришло внезапно, стоило увидеть рисунок. Га-Хор Куэль Ас-Аджар не раз стоял в этом зале, общаясь с заклинателями из других имперских фортов. Это был способ магической связи. Но тень так же помнила, что при умелой сноровке, обелиск мог переносить на огромные расстояния и физические тела — заклинателей, обладающих нужным набором умений. Для этого было необходимо трансформировать собственную оболочку особым образом, внеся изменения для перехода в тонкий мир. Сам Га-Хор так не умел, но знал тех, кто путешествовал таким образом.

Впрочем, сейчас это уже не имело значения, «тонкие пути» и обелиски, способные их обеспечивать давно перестали работать, превратившись в один из многочисленных мифов о Старой империи.

Собственно все, осмотр можно считать законченным. Ничего удивительного, что ничего не осталось за пять прошедших столетий. С книгами повезло, но исключительно из-за того, что их защитили магией.

Ради любопытства я заглянул в закуток, куда в былое время устанавливались емкости с Синей водой. Жидкость обладала множеством полезных свойств, среди прочего умея многократно усиливать силу заклинателя. Но сейчас кроме сгнившей трухи истлевших бочек на каменных постаментах ничего не осталось.

— Жаль, для первого ритуала парочка бочек была бы кстати, — я пнул непонятно откуда взявшийся булыжник и развернулся на выход. В последний миг в черном-белом фоне ночного зрении что-то сверкнуло.

А это еще что? Булыжник оказался не булыжником, а огромным кристаллом размером с кулак взрослого человека. Толстый слой пыли сделал из него неприметную каменюку. Удар сбил часть грязи, позволив обнажится драгоценным внутренностям.

И такое сокровище просто так валяется под ногами? Я почесал затылок, не спеша прикасаться к подозрительной вещи. Может ловушка? С другой стороны, я его уже пнул, и ничего не случилось. Вполне могло статься так, что ценный артефакт забыли в ходе эвакуации, когда форт начал рушиться.