На это юный Чегаль ничего не ответил. Впрочем, он и раньше не баловал надоедливого Ду Вона своим вниманием. Всё это время разговорчивого ученика Одинокого кулака поддерживал лишь один человек, шагающий с ним рядом, — любитель чужих флейт юный Ляо.

— В этом нет ничего удивительного, брат Вон. Старший брат говорил, что маршрут для учеников готовят заранее. Все самые страшные ловушки клана Чегаль были обезврежены задолго до нашего сюда прихода.

— Хах, вот ведь старичьё! Смотрят на нас свысока!

— Это ради вашей же безопасности…

— Ой, а это ещё кто?! — встрепенулся от звука незнакомого голоса юный Ляо.

На мгновение под сводами лабиринта Чегаль повисла звенящая тишина. Стихли даже шаги, все остановились, чтобы окинуть взглядом того, кто внезапно подал голос.

— Знакомьтесь, это Шень, — представил я всем присутствующим, молчавшего всё это время спутника.

Меня совсем не удивило, что остальные так струхнули, только услышав его голос. Мало того что юный Шень всё это время играл в молчанку, так ещё и его слова, будто бы нарочно произнесённые замогильным голосом, могли вогнать в ступор кого угодно.

— Фуф, ну ты и напугал, — стёр трусливую испарину со лба юный Ляо.

На этом моменте можно было закругляться и двигаться дальше, проблема вроде как рассосалась сама собой. Но не тут-то было, одна лысая обезьяна вдруг решила накинуть говна на вентилятор.

— Эй, брат Мён, ты только посмотри на этого трусишку! И как его только допустили до второго испытания, особенно после того позорного поражения?

— Конг, ну зачем? — схватился за голову Благородный клинок цветущей сливы, не сводя при этом опасливого взгляда с багровеющего лица наследника Жёлтых облаков.

— Да как ты смеешь дерзить тому, кто оборвал жизнь самого Юйцзы Лаозцы?! Думаешь, одно нелепое поражение сделало меня слабей?! — за каких-то пару секунд всё тело Ляо оказалось окутано уже знакомой мне желтоватой ци. Не столь слепящей, как у его отца, но вполне достаточной, чтобы затмить свет факела.

Ох, что сейчас будет…

Становиться частью чужих разборок совсем не хотелось, только не на голодный желудок, но, похоже, мнение моё в данный момент мало кого интересовало. Ещё и раздражение от пропущенного завтрака, как назло, снова дало о себе знать громогласным урчанием живота. Оно, это самое раздражение и так росло с каждым пройденным мной шагом, а тут ещё и два каких-то малолетних дебила решили устроить драку на пустом месте, словно бы нарочно, чтобы ещё сильнее меня позлить.

Но всё это полбеды, последней каплей на чаше весов моего терпения стали отнюдь не голод и не драчливые подростки, решившие ни с того ни с сего помериться своими нефритовыми жезлами, а очередное упоминание этого доморощенного Юйцзы Лаоцзы, известного, кажется, каждой встречной собаке, но почему-то только не мне!

— Да кто такой этот ваш Юйцзы Лаоцзы?! — во всеуслышание прорычал я, даже и не думая больше скрывать обуревавшее меня раздражение.

— Ты что, с гор спустился?! — вытаращился на меня в ответ ученик Одинокого кулака, а потом, словно бы что-то вспомнив, хлопнул себя ладонью по лбу. — Ах, точно, прости, сказал, не подумав. Юйцзы Лаоцзы — это первый ученик секты Чёрного неба, наследник их великого мастера.

— И ты его победил? — с огромной долей скепсиса взглянул я на всё ещё светящегося, как лампочка Ильича, Ляо.

Поверить в то, что этот доходяга сумел одолеть столь грозного воина, было попросту невозможно. Особенно если учесть, что я и сам не раз сталкивался с этой мутной братией и не понаслышке знал об опасностях, таящихся за сектой Чёрного Неба. Да чего уж там, помнится, я даже однажды встречался с двумя их учениками, ну или, точнее, ученицами. Поэтому неудивительно, что услышанное настолько меня поразило, что даже мысли о сытном завтраке тут же выветрились из моей головы, а живот словно бы позабыл о том, как урчать.

— Да, вот этими самыми руками! — продемонстрировал не только мне, но и всем присутствующим свои светящиеся ладони отпрыск патриарха Жёлтых облаков.

Лицо мальчишки в этот момент, к слову, тоже светилось, причём не только из-за выпущенной вовне ци, но и от едва сдерживаемой гордости.

Впрочем, долго наслаждаться триумфом и всеобщим удивлением ему не дали, Сун Ву Конг снова решил усомниться в способностях нашего светящегося мальчика.

— Брешешь! — ткнув в Ляо пальцем, выпалил послушник монастыря Шу-Линь.

— Вот ещё! У меня и свидетели есть! — ещё выше, хотя, казалось бы, куда уж дальше, задрал нос юный Ляо.

— Оставь его, Конг, он говорит правду, — неожиданно встрял в перепалку двух малолетних дебилов наш рассудительный проводник Пэк Чегаль.

— Ого! — сделал круглые глаза воспитанник Большой красной обезьяны, как только бахвальство Ляо обрело вес. — Слушай, брат Пэк, а этот Юйцзы Лаозцы, он что, талантливей меня?

— Да кто угодно талантливее тебя, глупая ты обезьяна. Я до сих пор не понимаю, почему лидер Мён решил взять тебя под крыло.