Когда он наконец начал выдыхаться, Лили окончательно упала духом и безмолвно повиновалась приказу отправляться в спальню.

Калеб явился следом за ней, но с совершенно другой стороны, нежели она ожидала. Со стороны глухой стены ее спальни раздался ужасный грохот, и Лили с ужасом увидела, как сквозь нее прорубается топор.

— Вот так, — заявил Калеб. Еще несколько неистовых ударов топора, и новая дверь была готова. Калеб отбросил топор: — Теперь оба дома соединились. Добро пожаловать в спальню, миссис Холидей, — Не подходи ко мне, — взвизгнула Лили, прячась за кроватью. В эти несколько минут она твердо убедилась, что вышла замуж за одержимого.

Страх мешал ей двигаться достаточно проворно. Калеб успел схватить ее за ногу и начал развязывать шнурки на ее ботинке.

— А вот на это, черт побери, и не надейся, вертихвостка, — сказал он и стащил с ее ноги чулок. Она вздрогнула, когда он слегка погладил ее по бедру. — Я обязательно к тебе подойду, и не раз.

Только когда все уже кончилось и Калеб поднялся с кровати, в душе у Лили снова взыграла ее гордость. Стоило ему пройти сквозь только что устроенный проем в стене, как Лили проворно придвинула на это место тяжелый комод.

— Оставайся на своей стороне, — решительно заявила она, глядя на него поверх крышки комода, — а я останусь на своей.

— Черт побери, Лили, — взревел Калеб, опершись руками на комод и наклоняясь к Лили, — да ведь мы женаты! — Как всегда, он имел неосторожность понадеяться, что постель поможет ему достичь с ней мира.

— Насколько я могу судить, мы запросто могли бы позабыть об этом злосчастном событии.

— Ну, с меня довольно, — рявкнул Калеб, повернулся и вышел вон.

Лили помчалась на кухню и принялась мыть посуду. А затем вынесла на улицу грязную воду и аккуратно выплеснула ее на территорию Калеба.

Естественно, он все это видел, так как седлал в это время лошадь у себя во дворе. Он злобно покосился на жену, но ничего не сказал: просто вскочил в седло и поскакал в форт Деверо.

«Холидей просто создан для военной службы, — неприязненно подумала Лили, — Небеса свидетели, этот майор не может быть счастлив, если ему не позволят над кем-нибудь командовать».

Ближе к полудню прибыл фургон из города, в котором привезли новую печь и массу всяких коробок и ящиков с предметами обстановки для дома Калеба. Стараясь не переступать границу их владений, Лили кое-как объяснила грузчикам, что и куда ставить.

Когда Калеб вернулся из форта, к луке его седла была привязана уже знакомая Лили холщовая сумка, в которой бился и кудахтал очередной цыпленок. Майор мрачно покосился в сторону Лили, проехал по ее земле и соскочил с коня возле лачуги, в которой теперь были стойла для лошадей и клетка для птиц. Выйдя оттуда, он вынес и бившуюся в его руке холщовую сумку.

Лили уселась шить себе платье, причем перед этим ей пришлось немало повозиться над выкройкой: она не могла как следует разложить ткань, так как путь к просторному обеденному столу у Калеба был ей заказан. Из его дома донесся грохот, и она поняла, что Калеб ставит на место печку. Лили загрустила при мысли о встроенном в нее большом баке для воды. «Этот тип теперь сможет принимать ванну, когда ему заблагорассудится», — разозлилась она.

Грохот наконец прекратился, но на смену ему пришел тонкий аромат куриного бульона.

Лили отложила в сторону шитье и поплотнее прикрыла дверь в спальню, но запах просачивался и сквозь нее.

А ведь давно перевалило за полдень, и съеденный во время ленча бутерброд уже превратился в воспоминание. Лили принялась гадать, из чего бы ей соорудить ужин.

Она отложила в сторону платье, так как слишком устала и проголодалась. В окно спальни было видно, как Калеб пересек двор. В руках он нес принадлежности для рыбной ловли и направлялся к ручью.

В животе у Лили забурчало. Вот она, возможность совершить набег на его кухню!

Глянув еще раз в окно и убедившись, что он не вернется, Лили вскарабкалась на комод и соскочила на территорию врага.

Пол был здесь застлан чудесными цветастыми коврами, а на кухне, восхитительно благоухая, кипел куриный бульон. Рядом с ним исходила паром кастрюлька с гарниром.

Лили потянулась к верхнему краю плиты и приподняла крышку бака. Ну вот, пожалуйста, Калеб наполнил его водой, и она уже теплая. Лили с вожделением подумала о той горячей, замечательной ванне, которую ей не суждено принять нынче вечером.

На образцово убранной кухне Калеба нашлась и полка, полная чистых тарелок. Лили выбрала себе самую большую, положив туда изрядную порцию цыпленка и гарнира тоже. Что бы Холидей туда ни напихал, повар он был отменный. Лили уселась за сиявший чистотой стол. То, что она ела тайком, украденную пищу, придало обеду восхитительный вкус и пикантность.

Лили умяла две полные тарелки. Оставив посуду на столе, с тем чтобы Калеб догадался, что она нарушила границу его владений, она стала красться обратно.