Толкнув меня в локоть, Лексин показал рукой на участок под стенами «крепости» где собралась группа из дюжины гражданских. Мужчины, женщины и даже двое детей вздрагивали от каждого выстрела и пригибали головы от сыпавшихся им на головы осколков камня. Нападавших явно здоровье и жизни этих людей не беспокоили, а вот защитников наоборот. Пулемётчик сменил огневую точку отсекая стрелков от горожан, а засевшие в «крепости», вместо него, дружно в два ствола начали причёсывать противника пытавшегося прорваться к входной двери.

Кто тут хороший, кто плохой было очевидно. Ну и слава богу.

– Лёша, поднимайся на крышу и лупи по тем, что рвутся к гражданским… в общем разберёшься. Мы с Лексиным порадуем тех, что прячутся за автомобилями и киосками.

Мальцев кивнув рванул на крышу по ходу движения подмигнув старой бабульке, высунувшей нос в щель раскрытой двери, а мы с Александром устроившись у окон тщательно начали выбирать себе цели.

– Как любил говорить Виталий Константинович: «окропим снежок красненьким», – пробурчал себе под нос я, ловя в прицел типа с высунутым языком целящегося в гражданских.

ДУХ-ДУХ-ДУХ-ДУХ-ДУХ! – как только сверху сухо застучал пулемёт Мальцева среди противника началась паника. Ловко брошенная мной в один из автомобилей граната превратила поцарапанный синий «Де Голль» в огненный цветок уничтожив стразу троих боевиков. Плавно нажимая на спусковой крючок «Ливня», я насквозь пробивал бесполезную защиту боевиков. В окне рядом бухали короткие очереди «Мономаха» Лексин, на лице которого не было ни одной эмоции, поставив ногу на подоконник целился и стрелял, целился и стрелял. Правильно, в бою думать вредно. Нужно делать то чему тебя учили. Думать будем потом…

Мечущийся по парковке тип с волосами, собранными на затылке в конский хвост забросив на переднее сидение оружие прыгнул в грузовичок загруженный ящиками с овощами. Машина успел подняться в воздух только на пару метров после того как я всадил остатки магазина прямо в лобовое стекло. Автомобиль сделав круг на месте тут же прянул носом вниз, раздавив зазевавшегося товарища убитого, от бедра, с остервенением, поливавшего наши позиции из старенькой штатовской МН-231.

Только раз пуля просвистела над моей головой заставив стекло в окне разлететься мелкими осколками, но очередной мерзавец тут же был уничтожен нашим союзником засевшим в «крепости».

Крики боли, вопли страха, пара минут и всё закончилось.

Спустившись вниз, расшвыривая ногами гильзы и отработанные аккумуляторы, мы втроём быстро добили раненных (языки нам без надобности, а пулю в спину совсем не хочется получить), а затем дружно наблюдали за идущим к нам через площадь пулемётчиком – высоким мужчиной в кожаной куртке, синих штанах с карманами на бёдрах вооружённым допотопным «Примипилом». По внешнему виду тоже гражданский.

– Приветствую вас господа офицеры в нашем замечательном городе! – торжественно произнёс тот блеснув голубыми глазами легко забрасывая пулемёт на правое плечо.

Незнакомцу было немногим за сорок, светлые волосы, сквозь которые легко угадывались залысины, на левой щеке шрам похожий на куриную лапку. Пухлые чувственные губы немного не сочетались с его брутальным обликом, но так казалось лишь с первого взгляда.

Оглядев нас цепким взглядом, он, обернувшись к «крепости» пронзительно свистнул

– Сейчас ребята спустятся.

– Кто вы? – требовательно спросил я мужчину, не опуская ствол винтовки к земле.

– Прапорщик Николай Сергеев, – безошибочно угадав во мне командира щёлкнул каблуками сапог пулемётчик. – 103-й десантный. Полный ветеран. Сейчас на пенсии.

– Подп… майор Бестужев, – представился в свою очередь я, обернувшись на треск и лязг раздавшийся от входной двери странного здания.

– Опять застряла, – вздохнул прапорщик. – Подождите товарищ подполковник сейчас мигом им подсобим.

«Сергеев? Тоже Сергеев? Уж не родственник ли моего недавнего знакомца?» – подумал я, смотря в спину пулемётчику.

Все вместе мы неторопливо направилась через площадь, а на встречу нам бежали с распростёртыми объятиями к своим близким побледневшие, заплаканные гражданские. Оказывается, здесь было много людей. Очень много. Просто они укрылись кто где во время боя.

– Мама я так испугалась!

– И я!

– Внученька у меня сердце в пятки ушло! Как хорошо, что ты цела и невредима…

– А Лёню убили, Маш…

– Папа, меня пуля чуть-чуть по плечу не чиркнула…

– Вот же развалюха! – стиснув зубы покрасневший Сергеев раз за разом всем телом налегал на двери, но безрезультатно. – Подорвать в прошлом месяце хотели… вот она и кочевряжится… ну давай же!!!

Только после того как мы, втроём, дружно упёршись плечами в створки помогли ему, они начали двигаться.