Возбуждение на бешеной скорости шибануло в пах наполняя тело приятными импульсами. Член стремительно наливался кровью, натягиваясь в области головки.

Тонкая рука прошлась по дорожке тёмных волос на его животе и тут же скользнула ниже обхватывая напряжённую мужскую плоть, которая мягко пульсировала под ее пальцами. Член радостно подергивался, приветствуя Леру, как свою хозяйку.

Желание погрузиться в неё накрыло его с новой силой, в десятки раз преумножая то возбуждение, которое он испытывал последние несколько дней, лёжа в их постели и наблюдая за ней.

— Л-е-р-а… — хрипло выдохнул и прикрыл глаза.

— Да, Андрей? — прошептала ангельским голосочком.

— Зачем ты это делаешь?

— Потому что хочу тебя. Ты же тоже меня хочешь. В чем проблема? Мне это нужно, Андрей… пожалуйста…

Её “пожалуйста” прозвучало, как контрольный выстрел в упор.

Он гортанно рыкнул, ощущая, что полностью утрачивает контроль над ситуацией. Кажется его невероятно упрямая и обольстительная Тучка решила проверить его на прочность. Но даже если бы он хотел, не смог бы ей отказать.

Как только Лера коснулась губами шеи Андрея, он вздрогнул, стискивая ее в мощных лапах. Потянул носом, как зверь, запах любимой женщины, окончательно дурея.

Его обезоружило то, что она решилась взять инициативу в свои руки. Сделала это так смело и дерзко, что Шумов был готов взвыть от восторга.

От её прикосновений бросало в жар. Голова пьянела от её поцелуев, которыми она осыпала его мощную шею и грудь.

Лера медленно водила тёплой рукой по члену приоткрывая крайнюю плоть на головке, мучительно медлила, распаляла его.

— Трахни меня, Андрей. Я этого очень хочу.

— Тучка, ты меня убиваешь. — прохрипел он изнемогая.

Лера приблизилась в темноте к его губам и поцеловала, мимолетно провела языком по его губам и нежно прорвалась внутрь. Андрей затянул её язык и мягко прикусил нижнюю губу.

Сейчас Шумов целиком был в её власти, наслаждаясь каждым моментом.

Несмотря на дикое возбуждение и несдержанные порыкивания он пытался быть нежным, насколько это было возможно. По очереди коснулся полной «двойки», взвешивая в огромных ладонях.

Тёплый язык медленно обвел сначала один сладко-соленый ареол, а после второй. Шершавые пальцы мяли грудь, как тесто, желая растянуть этот миг как можно дольше.

— Ш-у-у-ум… — протянула надрывно, выгибаясь навстречу его ласкам.

Андрей поймал её губы, впитывая в себя сладкий стон. Подхватил под ягодицы, и Лера взмыла ввысь, упираясь лопатками в кафель.

— Готова? — глубоко дыша и немного дрожа спросил он.

Шумов обманчиво спокойно прикоснулся к её половым губам тугим членом.

— Давай уже! — хныкнула Лера.

Медленно растер смазку головкой у входа, желая немного подразнить. Тонкие пальцы разъяренно сжали его плечи. Андрей зашипел и толкнулся узкими бедрами вперед постепенно заполняя Леру собой.

— Если остановишься, я тебя убью. — прошипела она.

— Я сам себя убью, если остановлюсь.

Она дернулась, стоило ему выйти и войти обратно чуть резче.

— Ещё! — требовательно. — Хочу сильнее…

От каждого прикосновения к ней мышцы Андрея подергивались. Он задышал чаще, запутался пальцами в каштановых волосах. Нашёл её губы и ускорился с наслаждением насаживая ее на себя.

Её протяжное “а-а-х-х-х” — награда. Но Андрей чувствовал, что ещё немного и сам кончит.

Он совершил пару мощных толчков, а после вышел. Услышал разочарованный стон. Развернул ее лицом к стенке, раздвинул ножки, и вновь член приятно погрузился в её горячую плоть.

— М-м-м…

— Да-а-а…

Одной рукой Шумов придерживал Леру за ягодицу, а второй пробрался к ее клитору. Рисуя замысловатые узоры на нем он доводил её до исступления, заставляя тонуть и задыхаться от стонов.

Лера повернула голову в его сторону насколько могла, притянула Шумова рукой за шею для поцелуя.

Он скрипнул зубами, пытаясь не кончить раньше нее, продолжая вбиваться во влажную плоть.

И лишь в тот момент, когда он почувствовал, как мышцы внутри неё силой сократились, отпустил все тормоза.

В три мощных толчка он довёл их до оргазма и облегченно излился на ягодицы Тучки.

***

Два дня назад…

Лере было страшно идти на прием одной, однако она не хотела брать с собой Шума. Он итак стал относиться к ней достаточно странно, словно её не задушить пытались, а заразили испанкой.