— Откуды махнитофон? — крякнул Иннокентий Харитонович, разливая по стаканам домашнюю наливку.

— Унёс со стадиона, чтоб не вводить во искушение местную гопоту, — улыбнулся я, вспомнив как тащил через лесок этот тяжёлый «бобинник», который принадлежал звукорежиссёру Ярику. — Завтра состоится второй матч, верну на место.

— Неужели опять придёт не меньше двух тысяч? — спросила Галина Игоревна, ведь ей было о чём беспокоиться, так как сегодня народ дружно схрумкал все столовские запасы пирожков, ватрушек и чебуреков.

— Если рассуждать логично, то полторы тысячи завтра будет наверняка, — ответил я, налив себе в стакан берёзовый сок. — Выиграли с крупным счётом, создали приятную праздничную атмосферу.

— Разыграли ценный приз и две хоккейные клюшки, — с гордостью добавила Виктория. — Так что если у вас, Галина, пирожков больше нет, то есть время договориться с другой столовой. Или я не права? — девушка призывно зыркнула на меня, как бы намекая, что Галине Игоревне пора домой.

Однако я тихо хохотнул и совершенно серьёзно ответил:

— Вы, Виктория Батьковна, не правы. Плодотворное деловое сотрудничество дороже пирожков.

— Правильно, — крякнул Харитоныч и, подняв стакан, добавил, — предлагаю первый тост: за сотрудничество.

После чего вся компания охотно чокнулась гранёными боками крепких стеклянных стаканов, и на какое-то время кроме музыки из магнитофона в комнате больше не звучало ничего. Я буквально кожей почувствовал повисшую в пространстве неловкость из-за большого числа незнакомых людей за столом. Поэтому все охотно и выпили, чтобы хоть чуть-чуть расслабиться.

— Допустим, пятьсот штук пирожков мы успеем настряпать, — обиженно произнесла заведующая столовой, легко осушив полный стакан домашней наливки. — Картошка есть, капуста тоже. Мяса, правда, совсем не осталось, а завоз только в понедельник.

— Может, есть рыбные консервы? — спросил Виктор Коноваленко, который до этого момента не произнёс ни слова.

— Есть, — обрадовалась Галина Игоревна. — Спасибо, Виктор, за идею.

— А чёрной икры у вас случайно не имеется? — язвительно спросила заведующую столовой Вика. — Или на худой конец красной?

— Кстати, бутерброды с икрой — тоже замечательная идея, — ответил я, предчувствуя, что девушки сегодня точно поругаются. — А если нет икры горбуши, лосося или севрюги, то можно использовать икру заморскую баклажанную. И ещё в морозный день хорошо расходятся бутерброды с килькой.

— О, идея! — захихикал Харитоныч. — Предлагаю выпить за идею!

— Хорошая идея, — кивнул головой Коноваленко и, разливая наливку по стаканам, успел мне шепнуть, что я в своём репертуаре, только появился в городе, как тут же завёл гарем.

«Какой гарем, Сергеич? — мысленно возмутился я. — В голове один хоккей и мечта выбраться из этой ямы, в которую угодил». А тем временем народ в избе снова выпил, и больше всех домашней наливки приняли на грудь Вика и Галя. Наверное, дурёхи, решили посоревноваться и доказать кто круче, кто способен больше употребить алкоголя, при этом не пьянея. «Либо напьются, либо подерутся», — подумалось мне, и тут в дверь дома кто-то ещё позвонил.

— Я открою, — хмуро буркнул я, недовольный слишком частым звоном стаканов и назревающим конфликтом.

— Если придут за самогонкой, гони их в шею! — пьяно хохотнул старик Харитоныч. — И скажи всем, я больше не гоню! Иннокентий Харитоныч теперяча художник-скульптор экспериментального литейного цеха. Мы с Иваном скоро такое наваяем, что чертям станет тошно!

— Очень интересно, расскажите, — заинтересовалась заведующая столовой, когда я вышел в сени.

«Мне тоже интересно, кто ещё заскочил на огонёк? — подумал я, накидывая поверх импортного дорогущего костюма отечественную копеечную телогрейку. — В ДК сегодня танцы, в кинотеатре фильм, который видеть детям до 16-и нельзя. А по телевизору идёт „Чисто английское убийство“, наши актёры играют ихнюю заграничную жизнь. И чего людям дома не сидится?».

Я выглянул на двор, который очень скромно подсвечивался светом из окна, выкрикнул дежурный и стандартный вопрос: «стой, кто идёт?», и от калитки на мой голос из сумрака вышел звукорежиссёр Ярик.

— Ты чего не на танцах? Учти, если всех красивых девчонок разберут, то потом придётся всю жизнь промучиться с некрасивой, — проворчал я.

— Я вообще-то не один, — замялся паренёк.

— Если привёл из леса гималайских шпионов, то веди их обратно, здесь вам не явочная квартира, — буркнул я и заметил, как на слабоосвещённый пятачок двора вышли: режиссёрка агитбригады Кира Нестерова и ведущая актриса того же творческого коллектива Наташа Сусанина.