– Оставила машину чуть ниже. Чем это у тебя тут так пахнет? Ты не говорил, что умеешь готовить.

– Сомнительно, но есть можно.

– Положи и мне, только немного!

– Хорошо, надеюсь, твой желудок выдержит мою стряпню.

– И не таким меня кормили, поверь. Как-то раз я ела жареных тараканов.

– Не порти аппетит!

– Ха-ха-ха, хорошо.

Я положил в тарелку еду, и мы ужинали вместе. Разговор за столом был как раз о еде, мы обсуждали самые вкусные блюда, которые когда-либо пробовали. Потом, конечно, перешли на самые мерзкие. По логике Моны, мой рацион из чипсов и арахиса с алкоголем был хуже, чем ее тараканы. Мы смеялись, непринужденно болтали, но неожиданно Мона задумалась.

– Уилл, я понимаю, что тебя беспокоит сейчас, – сказала она совсем другим тоном.

Мона достала из карманов деньги и бросила их на стол.

– Мне имеет смысл спрашивать, где ты их взяла?

– Об этом не стоит париться!

– Я обязан тебе по гроб жизни!

– Да, да, да. Успокойся, завтра закинем их в мусорный бак и забудем эту историю.

– Ты всегда так легко относишься к сложным ситуациям? Что значит закинем? Я заварил эту кашу и мне ее и расхлебывать.

– Жизнь – это безумно интересная игра. Такое событие я не смогу пропустить, и это не обсуждается!

– Но это опасно…

Мона перебивает меня:

– Уилл, ты уже должен понять, что эта история теперь наша.

– Ладно.

– Вот и отлично!

– Я объелся, теперь можно и прилечь.

– У меня на тебя были другие планы! Тебе что, сорок лет?

– Бери меньше, что ты опять придумала?

– Пусть для тебя это останется интригой, а то из дома не вытащить совсем.

– Значит, поход в ресторан точно отменяется, мы сытые.

– Все равно не отгадаешь, поехали, прокатимся.

– Хорошо.

Я встал и пошел одеваться, пока Мона продолжала доедать курицу. Быстро надел единственный приличный костюм и, закурив сигаретку, спустился по лестнице.

Конец ознакомительного фрагмента.