— И ты не нашла его контактов? — предполагаю так, потому что нам приходится идти на встречу лично.

— Ты что, — смеется подруга. — Чтобы я, и что-то не нашла? Нашла конечно. Но, таким, как он, напрямую не звонят по таким вопросам. Пойду сразу на три буквы, даже не успев представиться.

— Думаешь, что он не пошлёт, если придёшь лично? — с прищуром смотрю на неё, пока мы снова начинаем двигаться в место назначения.

— Ты забыла, кто мой папа? — ухмыляется Вася, стреляя в меня взглядом.

— Такое не забудешь, — закатываю глаза.

Я с Васиным отцом виделась пару раз, когда в глубоком детстве ходила к ней в гости. Огромный мужчина, даже несколько устрашающий для маленькой на тот момент меня, но всегда с добрейшей улыбкой на губах.

Стержень в Васе определенно от него. Михаил Константинович всегда заботился о том, чтобы дочь была морально готова к любым трудностям. С детства Васе даже пришлось ходить на боевые искусства, да и за словом она никогда в карман не лезет – тоже полноценная его заслуга.

Его не стало, когда нам было по пятнадцать лет, и для Василисы это было сильнейшим ударом. Смерть загадочная и совсем не вязалась ни с какими предположениями. Только потом Вася стала глубже копаться в прошлом родителей и узнала о том, что её отец имел неплохой авторитет. Криминальный авторитет.

Упёртая, она по сей день не лезет к маме с этими вопросами, но в том, что его смерть в аварии вовсе не случайность, никаких сомнений у неё нет. Единственное, что подругу волнует до сих пор – что стало причиной, по которой другой человек решил, что вправе забрать чью-то жизнь?

— Пришли, — наконец-то говорит Вася, спустя двадцать минут нашей прогулки по бездорожью.

Трассу, конечно, с её прожекторами размахом, я заметила ещё, находясь на расстоянии. — Даже трибуны установили, — присвистываю, потому что масштабы выполненной работы поражают.

— Естественно, тут всё серьёзно, — фыркает Вася.

— Не слишком ли «неприметное» место для нелегальщины? — в уме прикладываю срок, который может за всё это грозить.

— Да я тебя прошу, Сияна, — смеётся подруга. — Тут давно все и всё куплено. Новый уровень. Считай, что теперь здесь всё легально.

— Даже так? — прищуриваюсь. — То есть, гонщикам, которые участвуют в заездах, больше ничего не грозит?

— Ну, — Вася неловко закусывает губу. — Смотря, какие у них связи. Если на короткой ноге с организаторами, то точно обойдётся.

— Двойные стандарты, получается, — фыркаю я.

— У нас разве бывает по-другому? — Васька задает риторический вопрос.

Шумно – первое, что осознаю, когда мы попадаем в самый эпицентр событий. До самого масштабного заезда ещё достаточно времени, но людей уже нескончаемая толпа. Кажется, что здесь вообще собрался весь город.

— Разве гонки не на байках? — удивляюсь, потому что в обзор попадают крутые тюнингованные тачки.

Некоторые из них мне раньше приходилось видеть только в крутых фильмах и играх.

— Сегодня нет, — подруга подтверждает мои догадки.

Всматриваюсь в лица людей, находящихся вокруг, и даже нахожу знакомых. Таких знакомых, с которыми в подобных случаях, конечно же, предпочитаешь не здороваться и делать вид, что незнакомы.

— Сияна, мой выход, — подруга резко хватает меня за руку, вглядываясь куда-то вдаль. — Будь здесь и никуда не попадай, договорились? Я постараюсь быстро и успешно, — улыбается мне напоследок и растворяется в толпе.

Мгновенно понимаю, что она нашла того, ради кого сюда сегодня пришла. Только вот стоять на месте, кажется, точно не про меня.

Как минимум, потому что в следующую секунду в поле моего зрения попадает слишком знакомая фигура. Весь воздух тут же покидает лёгкие, но на удивление, не возникает желания быстро спрятаться, чтобы остаться незамеченной.

Иногда подсознание играет с нами злую шутку. Как бы я не думала о том, что возникшее желание прийти сюда вовсе не связано с минимальной возможностью встречи с Демьяном, лишь один взгляд на него доказывает обратное. Испытываю мгновенное облегчение, будто именно это здесь и искала. Как с этим бороться, когда даже разум ведёт игру против тебя?

Прожигаю взглядом девчонку, вьющуюся около него, и она сразу вызывает внутри бурю негодования. Наверное, поэтому прямой и уверенной походкой направляюсь к ним.