– Мы еще увидимся?

– Возможно – да, а возможно – нет. Кто знает, лишь только время.

В эту минуту или секунду поезд прекратил свое движение и остановился на станции под названием София. Алл-Син попрощалась с Дарьей Алл-Син вышла из вагона.

Дарья сидела у окна, и о чем-то думала. Она думала о том, что же она скажет матери, когда увидит ее? С чего она начнет свой разговор? О чем ее спросит? Этого она не знала. Но вот в вагон вошла женщина. Она прошла по вагону и села напротив Дарьи. Посмотрев на нее, она сказала:

– Я порой тоже в замешательстве, не знаю, что сказать?

Дарья посмотрела на женщину. Она уже ничему не удивлялась, наоборот, она воспринимала все как должное. Она ответила:

– Порой всем трудно ответить на вопрос, на который нет ответа.

– Но это ни так. – ответила женщина. – Всегда есть ответ на вопрос, какой бы сложный он ни был.

– Вряд ли. – тяжело вздохнула Дарья – бывают вопросы на ответ которых нет ответа.

Женщина понимала, что этой женщине нужна помощь, и она для начала представилась:

– Меня зовут София, а Вас?

– Дарья. – она посмотрела на Софию. Перед ней сидела женщина в голубом длинном платье. Лицо чуть-чуть вытянуто, длинные волосы, зеленые глаза. Такой увидела Дарья Софию, когда увидела ее.

Женщина продолжила:

– Я Вас понимаю, – она сделала длинную паузу и сказала. – тяжело говорить о том, что не чувствуешь.

Дарья не поняла:

– О чем это Вы?

София пояснила:

– Я чувствую, что Вы ненавидите кого-то, ненавидите и любите одновременно.

Дарья однозначно заявила:

– Это неправда.

– Может быть, я и ошибаюсь, но я не ошибаюсь. – сказала София. – Я уже долго живу в этом мире, и езжу в этом поезде, чтобы не видеть людей, что они хотят от жизни, и что им трудно сделать. – затем она спросила. – Знаете, как мы называем этот поезд?

– Нет. – призналась Дарья. – Не знаю.

– Не знаете потому, что вы не из этого мира. – она сделала паузу. – Впрочем, Вам это уже говорили.

Дарья тих ответила:

– Говорили. – затем она поинтересовалась. – Но как Вы догадались?

– Этого я не скажу. Пусть окажется это моим секретом.

В это самое время к Софии подбежали три девочки. Все трое как две капли воды были похожи на Софию.

– Это мои дочери. – сказала София. – Это Вера, Надежда и Любовь.

Тут Дарья предположила, нет она осознала, кто эта женщина? «неужели – подумала она…», и ее предположение было пророческим. Перед ней сидела София, и три ее дочери.

– Да, – подтвердила София ее предположения, – я та самая София. – затем она сказала. – Этот поезд зовут поездом потерянных душ.

– Вы хотите сказать? – ужаснулась Дарья. – Я здесь, потому что?

– Вы сами должны решить. – ответила София. – Как Вы сами думаете?

Дарья тяжело вздохнула. Она сказала:

– Я хочу выяснить правду, почему моя мать со мной так поступила?

– Понимаю. «Вы хотите знать правду», – затем она спросила. – но зачем Вам знать правду, разве без нее плохо жить?

– Может быть Вы и правы, правду иногда знать, лучше ее не знать вовсе.

– Тогда зачем?

– Чтобы знать правду, какая бы жестокой она ни была.

София поинтересовалась:

– А Ваша мать хочет Видеть Вас, и говорить Вам правду? Вы об этом не подумали?

– Пускай она скажет мне об этом лично.

– Больше на эту тему вопросов не имею.

Далее у женщин разговор зашел о смысле жизни, они спорили о бытие, и всеобщего жизненного цикла человеческой жизни.

Дарья рассказала свою историю жизни и о том, как она потеряла ноги. Затем она вопросила:

– За что она так со мной? – расплакалась Дарья. – За что? Я этого не заслужила.

Выслушав Дарью, София проанализировала ее рассказ и сказала:

– Конечно, Клавдия Ивановна не должна была с Вами так поступать. Но она поступила так, как считала нужным, но руководствовалась не материнским инстинктом, а своими амбициями.

– О чем это Вы?

– О том, что иногда амбиции человека поглощают материнский инстинкт.

– А, понятно. – Дарья на секунду задумалась, затем сказала. – И все-таки она не имела права оставлять меня инвалидом. Уж лучше бы она меня убила.