Мы редко говорим на эту тему, но сегодня придётся признаться самому себе и произнести эти слова вслух.

— А ты бы простил? Я не смог и, наверное, никогда не смогу.

Дэйв кивает, соглашаясь со мной, и задаёт следующий вопрос:

— Зачем тогда хранишь кольцо, раз оно тебе напоминает её? Маму, — говорит он и сразу же поправляет себя.

А это самый сложный и даже для меня до конца не понятный феномен. Я по началу хотел избавится ото всех её вещей. Было очень больно, но от него не смог. Рука не поднялась.

— Оно мне напоминает ту женщину, которой она когда-то она была. До того момента, когда решила нас бросить. В тот день она умерла для меня, — слова на удивление даются легко, и мне кажется, что давно уже нужно было произнести их вслух. — Понимаешь, не знаю, как сказать правильно. Жизнь словно разделилась на до и после, и то, что осталось там, в прошлом, светлое, где она меня любила. Не хочу это терять. Кольцо напоминает именно те хорошие моменты. И красный цвет напоминает мне маму, которая любила и которая никогда бы не предала.

— Ит, тебе нужно поговорить с отцом, — подытоживает друг.

Но мне кажется, что старик лишь посмеётся над этим бредом.

— А что по поводу Лили? — Дэйв резко переключает тему, и на его лице появляется озорная улыбка. — Она же тебе нравится. Не отрицай.

— Я её хочу, и это разные вещи. Сам не понимаю, почему так тянет к ней. Может, из-за того, что она играет в недотрогу, и во мне включаются повадки хищника, — хмыкаю я и пожимаю плечами.

Приглушённый смех Дэйва привлекает моё внимание, уголки его губ расплываются в довольной улыбке, и весь вид напоминает довольного сытого кота.

— Я видел, как ты на гонках смотрел на Лили и на Леона, когда он был к ней критически близко, — Дэйв пытается выбить из меня какое-то признание, только он, видимо, надумывает себе больше, чем есть всё на самом деле.

— Не говори чушь, она серая мышка, такие не в моём вкусе, — вру, нагло вру. Я совершенно не считаю Лили непривлекательной, а под водой в бассейне успел убедиться в идеальности её изгибов. — Сейчас отец свалит на работу, можно пойти ко мне порепетировать дуэтом. Или были планы?

Друг цокает языком, прекрасно видит, что я хочу переключить тему. Хватит с меня наутро сердечных разговоров. От них уже подташнивает, и мне необходимо заняться тем, что доставит удовольствие. И тут выбор невелик: гонки, игра на гитаре или секс. Гонки в будний день утром не вариант, утренний секс с Тиф тоже отпадает. Остаётся музыка — моё спасение.

— Как скажешь, — друг соглашается, но с хитрым прищуром добавляет: — Только когда Леон будет ухлёстывать за Лили, не бесись. А он будет, он мне вчера писал, что она ему интересна.

— Не вопрос.

19 глава Итан

До учёбы остаётся меньше недели, а это значит, что скоро на репетиции мы будем уделять гораздо меньше времени, чем хотелось бы. Забить бы на колледж, но последний год всё же необходимо дожать. Но зато в эти последние дни мы решили поработать на максимум и играть каждый день. Конечно, кроме последнего. Его мы не можем трогать. Это святая святых, каждый год с друзьями у меня организуем вечеринку, как мы её прозвали, «прощание с летом». Даже отец уже смирился и уезжает на это время, чтобы мы успели отдохнуть и смогли вернуть дом в первозданный вид. На это мероприятие приезжает целая толпа народу, и до утра все отдыхают, выпивают, танцуют. А потом с диким похмельем идут в колледж.

Мне везёт в этом плане больше: вместо алкоголя в моём стакане лишь пепси или апельсиновый сок. Поэтому на фоне остальных в классе я выгляжу бодрее и не похож на зелёного человечка.

Утро проходит по чёткому графику, как и во все остальные дни. Люблю режим, он помогает много всего успеть, а свободное время — уделить написанию текста для новой песни. Никак с друзьями не можем определиться с композицией, которая станет главной в альбоме. Необходимо выбрать именно одну, которая пойдёт и на рекламу, и на которую можно будет в дальнейшем сделать клип.

Мне всё время кажется, что у нас пока нет той самой песни, хотя парни твердят другое, уверяя, что все строчки, написанные мной, уже претендуют на статус хита. Я называю их лицемерами и шучу, что они так говорят, потому что сами не хотят писать текст. Хотя уверен, что у Дэйва получилось бы здорово.

Кстати, после разговора с ним прошло уже несколько дней, и мне действительно легче. С отцом я стараюсь пока не затрагивать эту тему. Всё же я ещё не до конца смирился. А что касается занозы, то она ведёт себя очень странно. В буквальном смысле бегает от меня, как от чумы. Чокнутая. Но проблема в том, что после того, как я признался другу, что хочу её, моё желание усилилось ещё больше.