Но не внезапно проснувшийся ген! Это уже ни в какие ворота не лезет.

Я совершенно обычная девушка с очень необычным именем.

«А еще и с прочерком вместо родителей, но тем не менее с наследством от них», – ехидно напоминает мне внутренний голос.

Внутри меня все холодеет. Гены должны передаваться по наследству, это работает у всех существ. И рядом со мной не было заботливой матери, забивающей запах блокиратором на всякий случай.

«Да нет, так недолго додуматься до того, что я пропавшая дочь какой–нибудь иностранной принцессы, от того и имя необычное для этих мест. Наследство мое не такое большое, чтобы быть голубых кровей», – проговариваю аргумент про себя.

Как бы там ни было, а спор самой с собой ни к чему не приводит. Зато приводит незнакомец. Вернее, подъезжает, аккурат, к моему дому.

Удивляюсь его осведомленности, но потом успокаиваю себя тем, что, должно быть, я пропустила момент, когда Петя с Жанной объясняли, как до меня доехать.

– Так, детки, – он оборачивается и внимательным взглядом обводит нашу троицу, – вот лекарства для вашей подружки. На первое время хватит, а потом советую самим найти подходящего поставщика, – он дает две коробки Пете и Жанне. – Она не поверила в происходящее, придется вам самим следить за ней.

– Мы справимся. Я не позволю этим зверям забрать у меня еще и подругу, – отвечает Жанночка со злостью в голосе.

От ее хмеля не осталось и следа, адреналин – мощный отрезвитель.

Удивительно, но мой спаситель едва заметно дергается на последней фразе Жанны. Считает, нужно выражаться корректнее?

– Катя повстречала пару, это другое. Ее никто не хотел насиловать в первый день знакомства, – вставляю свои пять копеек.

Почему–то мне кажется важным подчеркнуть, что младшую сестру Жанны никто силком не увозил. Она сама приняла решение.

– А тебя не только захотят изнасиловать, но и оставят себе, пока не родишь, – произносит незнакомец жестко. – Глотай капсулу и брызгай средство на запястья сейчас, в моей машине. Принесешь свой запах домой, и, считай, лишилась дома.

Жанна сует мне продолговатую таблетку, а Петр уже готовится распылить таинственную жидкость мне на запястья.

– Ребят, – перевожу недоумевающий взгляд с одного на вторую, – вы в своем уме? Вы предлагаете мне глотать непонятно что от типа, который даже не представился! Я не понимаю, сегодня магнитные бури? Луна не в том Козероге? Или Ретроградный Меркурий? Почему мой день рождения заканчивается так ненормально!

– Жизнь вообще далека от нормальности, девочка, – произносит незнакомец, презрительно поджав губы. – Меня зовут Адриан. Так легче?

Я киваю.

– У вас тоже родители любили экзотику, да? – имею ввиду его имя.

– Пусть будет так. Пей давай, – он сверлит меня недовольным взглядом. – Мне еще разбираться с убийством того мудака, а я до сих здесь с вами прохлаждаюсь.

– В–вы его убили? – шокировано восклицаю.

– А ты думала, он прилег полежать на холодном асфальте? Спину подлечить? – усмехается Адриан.

– Нет, просто без сознания после сильного удара головой. Но как вам это удалось? – хмурюсь.

Новость о том, что косвенно по моей вине кто–то убит, пусть и очень плохой и опасный оборотень, ужасает.

– Это мои тайны, девочка, – мужчина прожигает меня взглядом потемневших глаз. Я опасаюсь прямо смотреть в них после прошлого раза, усиленно держу собственный взгляд на его переносице. – Глотай эту чертову таблетку и принимай ее раз в три дня. Спрея без нее хватит лишь на несколько часов. Если пропустишь хотя бы раз, пеняй на себя.

Под прицелом трех пар глаз мне приходится проглотить неизвестное вещество, искренне надеясь на то, что это не отсроченный яд. Капсула еле проходит, неприятно соприкасаясь со стенками горла. Без воды, да еще когда не хочешь, очень трудно что–либо идет.

– Готово, кхе–кхе, – все–таки кашляю в конце. – Если там были вещества, на которые у меня аллергия, прошу отвезти меня в больницу. Антигистаминного у меня дома нет.

– Не готово, – Петя обильно поливает мои запястья липкой жидкостью и удовлетворенно кивает. – Вот теперь готово.

– А это что? – кривлюсь, осторожно поднося к себе свои руки. – Я ничего не чувствую. Это сладкая водичка?

– Конечно, мне ведь нечего делать, разыгрывать тебя, – качает головой Адриан. – Выходите уже, дальше сами разберетесь.

– А откуда у вас все эти средства? И таблетки, и спрей. Вы их продаете?

Надо бы мне замолкнуть, человек меня спас, до дома довез, друзей моих не бросил! Но чувство сюра никак меня не покидает. Не могу я поверить в какой–то там ген, который исчез давно.